Солнце в огне

Дворец – всего несколько строений и неширокий двор с золотой статуей Жёлтого Единорога в центре – встретил их молчанием. На крыше Богандана, зимних покоев короля, шелестели на ветру белые флаги, у закрытых ворот Тэсу горели котлы с лиловым пламенем от брошенных в масло бутонов гибискуса. Всё здесь дышало недавней смертью, всё говорило о скорби по его величеству.

– Вас ожидают в зале Пэдучжон, – сказал начальник дворцовой стражи и повёл недоумевающего Нагиля, Чунсока и Боыма в сторону от покоев правителя.

– Нам следует поклониться королю, – заметил Нагиль.

У Пэдучжона их попросили оставить мечи.

Нагиль вошёл в зал первым, за ним, осматриваясь, напряжённый до самых кончиков волос Чунсок и Боым. Длинное пространство зала упиралось в возвышение с пустым троном, но по правую и левую сторону от него на креслах королевы и советника короля сидели человек в одеждах китайских министров и принцесса Чосона, единственная дочь покойных короля и королевы. Нагиль помнил её юнее и пышнее: сейчас горе высосало из неё силы, со щёк сошёл румянец, она была бледной и напуганной – это ёнгданте определил с одного взгляда.

– Ваше высочество, – поклонился он принцессе. Она тоже узнала его и коротко кивнула, губы чуть дёрнулись в подобии улыбки. За ней следят, понял Нагиль. Возможно, ей угрожают. Прежде они редко сталкивались, и когда король хотел женить молодого командира своей стражи, он предлагал Нагилю одну из своих дочерей от наложниц. Законная дочь короля должна была достаться человеку знатного рода и остаться при дворе в окружении заботливых родителей и прислуги.

Теперь она была здесь, боялась каждого человека; даже стражники, стоящие за спиной, вызывали у неё страх – тот блестел в глазах, проступал каплями пота на бледной гладкой коже лица.

Нагиль отвел от неё взгляд. Принцесса была одета в королевские одежды, у неё были заплетённые в высокую причёску пышные косы с множеством заколок, тонкие губы и точёный нос. Она совсем не походила на Сон Йонг, и всё же Нагиль отвёл взгляд, чувствуя, как болезненно сжимается в груди сердце.

– Знаменитый капитан драконьего войска! – поприветствовал его со своего места статс-секретарь Империи Мин.

– Господин Ван Шоужань. – Нагиль коротко кивнул ему и подал знак Чунсоку. Тот вышел вперёд, протягивая стражнику перед секретарём свиток с указом его величества.

– Ах, – вздохнул Шоужань, прочитав приказ Ли Хона. – Теперь мне стоит обращаться к вам «генерал драконьего войска».