И тысячу лет спустя. Ладога

 – Да и разве литература для денег? Разве не для того, чтобы делать наши умы гибкими? Не для того, чтобы находить успокоение для наших душ?!

– Я вчера… – она едва могла говорить, задыхаясь от слез, – я вчера писала одно предложение около двух часов… крутила его и так и этак… – она повторяла свои слова руками, – …никак не могла подобрать нужного слова… и, кажется, это длится уже целую вечность. Чертов замкнутый круг… петля. А вы знаете, сколько ночей я провела в библиотеках? Сколько дней в окопах, роясь в земле? Деньги! Боже мой… Я отказываюсь верить, что все всегда должно сводиться только к деньгам!

– Не нужно здесь плакать, – мужчина пододвинул к ней графин с водой.

 – Я не сказал нет. Но с таким отношением вам нужно писать песни, а не романы. И да. Деньги решают все. Вам, писателям, это не понять. Но если книга не продается, издательство уходит в огромный минус. А ведь нам типографии заплатить надо. Аренду заплатить надо. Зарплату заплатить. Вам роялти. Как же я устал все это объяснять!

– Вы говорите, как мой муж.

Он тоже считает, что миром правят деньги и все за деньги можно купить.

– У вас отличный муж, Мирослава Евгеньевна! И… знаете… ваша подруга мне весь мозг выела. Уж лучше я дам вам еще один шанс, чем еще раз с ней поговорю.

Мирослава небрежно вытерла слезы рукавом, будто оставила все манеры в пределах университета.

– Какая подруга?.. Я не просила никого…

– Не знаю. Некая Анна. Это имя вам ни о чем не говорит?

Мирослава помотала головой. Она перебрала в уме всех знакомых, но никого не нашла с таким именем.

Но, кажется, редактора этого не особо волновало. Он продолжал учить ее.

– Сделайте меньше слов и больше движений. Ваши герои словно в замедленной съемке. Пока читаешь лирические отступления, ваши размышления, бесконечные сравнения и метафоры, забываешь, о чем читал на предыдущей странице, куда там шел ваш Райан и кого убивал. Жизнь! Мне нужна жизнь! Дам последний совет, если перестанете плакать.

Мирослава шмыгнула носом и кивнула.

– Какой? – ее голос звучал сипло, нос заложило.

– Сделайте счастливый конец. Вы действительно хотите убить Райана в конце? Мы итак в грустное время живем, а еще и это.

– Но это… логично. И… правдоподобно.

– Вы можете оставаться при своем мнении сколько угодно, но читательницам нужен хэппи-энд. И любовная линия. Люди любят такие пикантности. Если ваша книга не вызывает у них эмоции, то это не книга, а, повторюсь, учебник по истории. Уж я-то знаю, о чем говорю.