Мы – это мы

Ее светлый фартук выделялся в темноте белым пятном.

– Ты же не поедешь в Калью на ночь глядя?!

Мужчина густо вздохнул.

– Что делать, раз человек помирает. Принеси-ка котомку, Джен.

Женщина с причитаниями скрылась в доме и через минуту вынесла котомку, плащ и лампу.

– Лошадь возьмем, – заявил лекарь, широко шагая по улице, Хэл за ним еле поспевал, – если пойдем пешком, моя помощь может уже и не понадобиться…

– П-погодите, господин лекарь. – Хэл даже не знал, как зовут его спутника – он его вообще ни разу не видел.

В Калье позволить себе вызвать лекаря могло разве что семейство Аганнов. – Есть еще одно дело, по которому я пришел к вам.

Они замерли посреди темной улицы. Где-то далеко залаяла собака, ей отозвалось несколько товарок. Хэлу скрутило живот, но он распрямил плечи и смело глянул лекарю в лицо. Это был высокий мужчина лет сорока, с курчавыми черными волосами и огромным горбатым носом. В темных глазах читалось недоумение.

– Дело? Какое еще дело?

– Я слышал, вчера тут были неприятности… со Свершителем.

– Неприятности? – лекарь цокнул языком. – Ну если считать неприятностями два десятка убитых и вдвое больше покалеченных… я только что с последним отваживаться закончил, а тут ты.

– Прошу, зайдите к Свершителю, он, наверное, совсем плох…

Это прозвучало как-то жалко, почти умоляюще, и Хэл подосадовал на себя.

Лекарь сделал шаг назад, на лице мелькнуло гадливое выражение, словно он увидел раздавленную лягушку или паука с добычей в лапах.

А потом развернулся и двинулся назад, держа лампу повыше, чтобы не споткнуться.

Хэл остолбенел, но тут же бросился за ним.

– Подождите, куда же вы?!

– Убирайся. Ты же не думаешь, что я пойду лечить Свершителя? Чем быстрее он сдохнет, тем лучше.

– Но так нельзя! – возмутился Хэл, невольно выходя из «сыновней» роли. – И потом, если Свершитель умрет, на его место просто назначат нового. А каким он будет, еще неизвестно. Может, вам работы еще прибавится.

Лекарь даже не оглянулся.

– Я заплачу! – выкинул Хэл свой последний козырь. – Вот!

Он похрустел мешочком, и тяжелые шаги по булыжнику слегка замедлились. Лекарь обернулся с такой миной, как будто Хэл не предлагал ему плату, а руки выкручивал. Тот потряс мешочком в воздухе.

– Он ваш, если поможете Свершителю… и моему отцу.

Сердце Хэла стучало, как бешеное, пальцы онемели, и не только от прохлады ночной осени.