Письмо, так и не написанное, потому что его отправлять некому

Почему-то в голове крутилась дурацкая детская считалка в моей интерпретации: «На златом крыльце лежали…»

Но лежал я на старом, совсем не «златом» крыльце, один и дальше одной строчки считалки дело не пошло.

Мыслей – никаких. И это состояние мне понемногу начинало нравиться. А раздражение и недомогание, наоборот, отступать.

Я валялся, смотря на кончики высоких кипарисов, которые погружались в быстро свалившуюся темноту. Верхний ветер качал их острые вершины. И там, где они касались темноты, вспыхивали звезды, как маленькие дырки в темно-темно синем полотне ночи.

Начали приходить философские мысли о вечном, о стремлении к гармонии бытия, о разумности устройства природы, без суеты и сиюминутности.

И в тот момент, когда я подошел к размышлениям о никчемности суеты самоутверждения через пустые хлопоты для удовлетворения собственной похоти и необходимости изменения взгляда на женщин и отношений к ним, появилась … женщина.

Женщину звали Галя. И появляться она в это время не должна была. Поэтому я в первое мгновение подумал, что уже сплю.

А она почему-то появилась во сне.

– Привет, – сказал сон. – Ты чего валяешься? Заболел.

– Нет. Отдыхаю, – чуть соврал я, и все мои созерцательно-философские построения тут же рассыпались. Галя была не сном, а самой натуральной реальностью, с которой вполне можно поболтать.

То, что она появилась на пороге, само по себе удивительным не было. В доме, где мы сняли койки, как я уже рассказывал, была еще одна комната. В ней еще задолго до нашего приезда жили три девчонки-подружки.

Внешности средней, воспитания – стандартного. Приехали они из Киева. Наши отношения с ними можно было определить, как соседско-шапочные. Да и другими, пожалуй, быть не могли. Во-первых, они с утра, проснувшись и умывшись, тут же куда-то улетали и проявлялись к ночи, сразу ложась спать. Во-вторых, уж слишком разные круги общения. Может, будь они чуть посимпатичнее, кто-то из них вполне мог бы привлечь и особое внимание, что быстро разрушило «сословно-круговые» предрассудки. Но не случилось. Надо, правда заметить, что та самая Галя, которая рассыпала мои возвышенные раздумья, была самой привлекательной из этой троицы.

Она, действительно, была вполне ничего. Мягкое квадратненькое с закругленными углами личико. Ну, чуть-чуть не хватало до красоты изящества. Крепкие вполне стройные ноги средней длины. Хотя не хватало мягкости и гармоничности линий. Вполне стройная, крепенькая такая фигурка. И все выпуклости выдавались там, где надо.