Выстрел в Опере

Конечности женщины конвульсивно болтались туда-сюда, не даваясь Даше в руки.

– Маш, помоги!!!

Ковалева с трудом собрала себя с пола.

Рука, повстречавшаяся с осколком стекла, кровоточила, бок обиженно ныл.

Взгляд метнулся к отброшенной табуретке, а ум сообразил: при виде кошмарного зрелища – двух влетающих в дом на метле нежданных гостей – женщина вздрогнула, и постамент вывернулся у нее из-под ног.

Вскочив, подхватив табурет, Маша постаралась вернуть его на место. Чуб таки удалось обхватить ноги повесившейся и вернуть ее ступни на сиденье.

Но теперь обмякла верхняя часть – голова дамы безвольно висела в ожерелье веревки. Самоубийца была без сознания.

– Нож! – закричала Чуб, кое-как удерживая горизонтально упрямую дамочку, пытающуюся задохнуться в петле – не так, так эдак!

Ковалева вобрала в себя комнату и обнаружила нужное – ножницы в стакане на письменном столе.

Поддерживаемое четырьмя руками, тело несчастной повалилось на грязный паркет.

– Интересно, чего она вешалась? – подумала вслух Даша Чуб.

Маша осмотрелась.

Комната казалась нежилой. Письменный стол выбежал на середину гостиной, всюду лежали чемоданы, тюки. На полу валялся белый журнал, оказавшийся при близком знакомстве литературным – с гордым именем «Ренессанс». В их небесном видении женщина держала его в руках.

Ковалева подобрала издание. Открыла наугад.

Но журнал распахнулся сам – там, где был научен открываться. На 89-й странице, запечатлевшей то самое высосанное жизнью лицо спасенной…

– Анна Голенко, – прочитала студентка.

 – Ее зовут Анна Голенко. Тут напечатаны ее стихи. Она – поэтесса.

– А-а-а, – поскучнела Чуб, – тогда понятно, чего она вешалась. Все поэты кончают с собой – это у них такая традиция. Вот только куда нам ее девать? Одну нельзя оставлять. В больницу?

– Ты что! – округлила глаза напарница. – Ведь дело ж не в самоубийце. Вряд ли Киевицы спасают самоубийц. Ее повешенье должно для нас что-то значить.

– Тогда к нам, на Яр Вал? Подождем, пока очухается.

– А если, когда она очухается, наши кошки что-нибудь скажут? Она ж опять в обморок упадет.

И вообще…

С появлением Акнир Башня на Яр Валу перестала быть безопасным местом.

– О’кей, – приняла нелегкое для нее решение Даша. – Везем ко мне.

– К тебе? Куда?

До недавнего времени певица и арт-директор проживала в гримерке клуба «О-е-ей!», будучи изгнанной из которой, перебралась в Башню. И еще ни разу не заикалась про наличье иного – постоянного места жительства.