Я тебе запрещаю

Раздается стук в дверь и потом я уже слышу знакомый голос:

– Отпустите меня! Вы не имеете права! Я ничего не брала!

Ее буквально заталкивают ко мне в кабинет и закрывают за ней дверь. Она стоит спиной ко мне и дергает ручку, пытаясь открыть дверь, не догадываясь, что она уже заблокирована.

– Подойди сюда, – говорю я строгим голосом.

Она замирает, медленно поворачивает голову и раскрывает рот. То ли от удивления, то ли пытается что-то сказать мне.

Но с места не двигается.

– Подойди! – повторяю я.

Ни шагу.

Встаю с кресла и иду к ней. Медленно, жестким взглядом впечатывая ее в стену. Она буквально сливается со стеной, смотрит испуганно. Все понимает.

Кладу руку ей на голову и провожу по мягким волосам.

– Я же сказала тебе подойти ко мне, – говорю, вроде бы, и мягким, но в то же время строгим голосом. Пусть привыкает слушаться.

– Я ничего не брала, – говорит и облизывает пересохшие губы. – Вы не докажите.

– Уже доказал, – сжимаю волосы на затылке и тяну вниз.

– Я возмещу. Выплачу. Отработаю, – хнычет она.

– Ты знаешь, сколько стоила та вещь? Тебе придется отрабатывать ее лет этак сто с твоей зарплатой.

– Я не брала их! – упрямится и хватает меня за руку, держащую ее за волосы.

Тяну ее на себя.

– Поверят мне, – впечатываю в нее каждое слово и читаю ужас в ее глазах. – Но есть вариант. Я позволю тебе не только искупить воровство, но и заслужить прощение за твое вчерашнее хамское поведение.

Слушает внимательно.

– Ты переезжаешь ко мне. На несколько дней. Пока я сам не выставлю тебя.

– В качестве кого? – неожиданно спрашивает она.

Смеюсь. «В качестве»… Забавная.

– Я буду тебя трахать. Куда захочу и когда захочу, – говорю прямо. – Что с тебя еще взять? Обещаю быть ласковым.

Наклоняюсь к ней и провожу носом по тоненькой шейке. Сразу вспоминаю ее запах. Она дергается, пытается вырваться.

– Я не проститутка! – опять говорит она.

– Ты уже продала себя, – хватаю ее за грудь, сжимаю.

И тут чувствую обжигающий удар на щеке. Она дала мне пощечину! Мне!

Я еще помню, как ныли яйца от ее удара. Теперь горит щека. Ну, погоди!

Беру ее за запястье и тащу за собой. Она упирается ногами, но это все бесполезно. Ей со мной не справиться.

Толкаю ее на диван.

– Раздевайся! – рычу. Она просто довела меня. – Начнешь отрабатывать здесь!

Она мотает головой, поджимает коленки и обхватывает себя руками.