Книга странствий

Мокрый, покрытый противными студенистыми комочками лягушачьей икры, грабитель на четвереньках выполз из озерца. И тут его взору предстала картина, сначала его изумившая, а затем и испугавшая.

Прямо перед собой он увидел две стоящие на земле палки. Взгляд Эрмона медленно пополз по палкам вверх, и на высоте человеческого роста он увидел ноги в обмотках, прикрепленные к этим палкам тонкими ремешками у лодыжек и под коленями. А еще выше Эрмон обнаружил и самого пастуха, уверенно стоящего на этих ходулях. Проживая в пересеченной болотистой местности, пастухи считали, что на ходулях они быстрее поспевают за стадом, и у них больше шансов увидеть волков.

Итак, пастух не сидел на трех палках, составленных пирамидой – он стоял на ходулях и опирался задом на палку с небольшой поперечной перекладиной, а потому не спрыгивал с палок, как предполагал Эрмон, а тут же, не теряя времени, бросился за вором в погоню. Словно сказочный великан, возвышался пастух над стоящим на коленях растерявшимся Эрмоном.

И сердце пастуха не дрогнуло от жалкого вида неудачливого воришки. Оно справедливо жаждало возмездия. Злорадно и хищно усмехаясь, медленно поднял он свою почти двухметровую жердину.

Вскоре сидящие у костра услышали крики и, обернувшись, увидели, что по полю, не разбирая дороги, бежит Эрмон, а за ним на высоких ходулях, делая огромные шаги, двигается пастух и равномерно лупит своей длинной палкой по спине, плечам, голове Эрмона. После каждого удара Эрмон все сильнее выгибал тело, пытаясь увеличить скорость, и от этого казалось, что он несется впереди своих ног.

При виде этого зрелища у Жака округлились глаза и открылся рот, что, как считают физиономисты, является главным признаком удивления. Клодин ахнула и всплеснула руками. Быстрее всех оценил ситуацию Андрэ.

Стремительно вскочив, он ринулся навстречу и успел перехватить палку как раз в момент очередного удара. Выяснив все обстоятельства, Андрэ достал деньги. Причем ему пришлось довольно долго шарить по углам своего тощего кошелька, чтобы отыскать одинокую монету.

Но монета этих поисков стоила. Это был денарий, и не из биллона – сплава с большим количеством меди, а из полновесного серебра.

Увидев денарий или, как называли его во Франции, денье, пастух успокоился, аккуратно спрятал монету и, ловко подхватив блеющую овцу, отдал животное Андрэ. Затем он несколько опасливо посмотрел на огромные толпы проходящих паломников, развернулся и, быстро шагая, исчез за холмом.