Утопия о бессмертии. Книга третья. Любовь и бессмертие

Отсюда далеко ездить в дом Эдварда, не наездишься, а Стефан уезжать не захочет, даже и заговаривать на эту тему боюсь.

– Даша, ты хочешь поселиться в доме Эдварда?

– Ну а что ж? Родными скоро будем. Дочка хозяйкой в доме своего мужа, а мы со Стефаном родители хозяйки. Лучше, чем у чужих!

– Конечно, лучше, Даша.

– Ой! Маленькая, я не хотела, я не имела в виду, что ты и Сергей Михалыч нам чужие. Мы только добро от вас видели. Каждый раз Бога благодарю, что графа Андрэ в мою жизнь послал, потом тебя вот.

 – Даша на время умолкла, закрепляя на макушке тугую косу волос. – Ты танцевать-то будешь сегодня?

– Не знаю. Пригласят, буду.

– Пригласят! Сынок любит с тобой танцевать. И красивый, и хороший он у вас. Уважительный. Катька, та взбалмошная, слишком быстрая какая-то, резкая. – Даша полюбовалась на свою работу и, продолжая говорить, пошла к Сундуку Сокровищ. – Стефана-то моего как Максим остановил! «Не пущу, – говорит, – мама просила не беспокоить». Я испугалась, думала, Стефан его ударит, не любит он, когда ему перечат.

Да Катька в слезах налетела, Стефану в руку вцепилась. Против Катьки он не устоиит! С детства её раннего всё шепчется с ней о чем-то. Он с родной дочерью так не носится, как с Катькой твоей. – Закрепив гребень, она заторопилась: – Красиво, Маленькая! Давай, помогу платье надеть, да побегу я. Сама-то ещё не прибрана, да и Анютке помочь с причёской надо.

– Благодарю, Даша. Ты беги, я сама платье надену.

– Да? Ну, тогда побегу.

Я натянула второй чулок. Надела платье. Осматривая себя в зеркале, не улыбалась – не хотелось. «Сегодня меня не встретит восхищённый взгляд Серёжи. Теперь и комплементы говорить некому».

Мне предстоял самый трудный вечер в моей жизни.

Я постучала в дверь комнаты сына и потянула дверь на себя.

– Максим, я могу войти?

– Входи… мама, – натужно прерываясь, откликнулся он.

Плачущая Катя билась в крепких руках брата, размахивая кулачками, молотила ими, куда придётся.

– Пусти! – шёпотом кричала она. – Ты… ты предатель… как ты мог… не рассказать? Пусти меня! Я не хочу… иметь с тобой дела!

– Катя, прекрати! Макс, отпусти её!

Максим разжал руки. Катя ещё раз замахнулась на него и не ударила.

– Я доверять теперь тебе не смогу! – выкрикнула она и, размазав слёзы по щекам, села на пол, уронила голову в коленки и обняла коленки руками. Буркнула из своего укрытия: – И отцу тоже.

Я опустилась с ней рядом.