Хозяйка мертвой избушки

Алёнке вспомнилась дальнозоркая мачеха, которая точно таким же движением отодвигалась назад, чтобы разглядеть что-то мелкое. А потом девица поняла. Птаха берет размах, чтобы ударить клювом.

Клюв был огромный, с её туловище. Алёнка пискнула и закрылась руками. "Все, – пролетело в голове. – Отмучилась!"

Бам! Удар поднял тучу пыли и разбросал землю. Под сводами леса повисла тишина, даже птенец затих, напуганный яростью матери.

– Что творишь, дурёха?! – раздался яростный голос. – Коли ты помрёшь, Кощей с меня три шкуры спустит!

Алёнка ощутила под собой мягкую хвою.

Нашла себя на земле, открыла глаза и поглядела вверх. Над ней стояла Кика, она выставила перед собой ладонь, гигантский клюв уткнулся в самую её серёдку.

– Ктулх! – приглушённо курлыкнула птица. В голосе слышалось удивление и испуг.

– А ты давай отседа… – бросила ей Кика. Сжав ладонь, она ухватила самый кончик клюва и сделала движение, будто небрежно отбрасывает мелкий мусор. Голову чудища кинуло в сторону, она ударилась о ближайшие деревья и снесла их, словно это были тонкие тростинки.

– Курлык! – закричал птенец и бросился к маме.

– Кика! – крикнула Алёнка. – Что ты творишь?!

Глаза кикиморы расширились. Она оглянулась на девицу, словно хотела ударить. Потом кулак её разжался.

– Тебя спасаю, – сказала она и пошла к избе. Алёнка оглянулась. Ошалелая птаха трясла головой и больше не помышляла о нападении. Рядом радостно скакал птенец. Девица почувствовала себя пристыжено.

– Спасибо, Кикочка! Я тебе очень благодарно! Но пташек же тоже надо пожалеть! Они беззащитные совсем, кто угодно обидит…

В лесу грохотало и хрустело.

Беззащитная птаха пыталась подняться, валя соседние деревья. Птенец благоразумно держался в сторонке. Кое-как она поднялась и потрясла головой. Круглые глаза уставились на кикимору. Из раскрытого клюва выпало курлыканье, теперь в нем был лишь страх. Цапнув клювом птенца, птаха заспешила в лес. Громовые шаги и подрагивание земли стихли вдали.

– Уф! – ноги Алёнки подогнулись и она села на землю.

– Добрые поступки не всегда ведут к добрым делам, – мяукнул кот, слезая с крыльца с огромной кружкой в лапах. – На, испей…

– Глупые поступки никогда не ведут к добрым делам, – донеслось из избы. Кот и Алёнка переглянулись. До сих пор Кику мало интересовали добрые дела.

Дин-дон, дин-дон, словно ответ на слова кикиморы упали в часах Златые Крупицы. Кика поглядела на них, фыркнула и скрылась за дверью в Любую комнату.

Глава 13 – И еще раз.