Королевский десерт

Коля грамотно провел вербовку, найдя слабое место в податливой женской душе.

– Вот ты говоришь, могла бы скроить любую вещицу?

– Я не говорю. Я знаю.

– А палатку? Слабо?

– Какую? А, плащ-палатку? Зачем ее кроить? Если тебе надо, проще готовую у любого прапора за пузырь сторговать.

– Не, Болонка, не плащ. Настоящую, чтобы в ней жить.

– Меня в гости позовешь?

– А как же!

– Не пробовала… Ну,давай брезент и размеры. Сделаем.

– Заметано. Только работать будем не здесь, а в Ижоре.

– Ни фига себе… А здесь нельзя?

– Никак.

Понимаешь, материя…

– Стырил?

– Не совсем, скорее… скажем, нашел.

– Ага. Нашел – еле ушел. Хотел заплатить, но не догнали. Так?

– Примерно. Короче, завтра двинем к Белому.

– Завтра так завтра. Хоть к черному. Наливай!

Дорогу осилит идущий. Когда «сладкая парочка» выходила на кольцевую дорогу, собираясь по дамбе пересечь залив, им навстречу в противоположном направлении свернул пыльно-вишневый «Фольксваген-Гольф». Сидевший за рулем человек не обратил на чинно вышагивающего по обочине мужчину с мешком за плечами и его миниатюрную спутницу ни грамма внимания.

Они ответили ему тем же.

Объясняя, где и как искать его обиталище, Белый был по-военному краток:

– В Большой Ижоре мост через речку. За мостом свернешь направо и так с полкилометра, увидишь самый большой дом, забор высокий, ворота. Там и я.

О перемене Саниного места жительства с постоянного «без определенного» на нынешнее, роскошное, Блесна узнал на пороге лета.

Их с Белым роднило не только военно-мичманское прошлое, но и общая любовь к гигиене. Санек, как и Блесна, был ярым любителем бани. Раз в неделю, строго по четвергам, давний знакомый истопник Федя пускал их на часок попариться-помыться. Денег Федя не требовал, довольствуясь пол-литрой.

Русскому человеку без бани нельзя. А с первого мая Саня вдруг перестал появляться, и бутылку приходилось брать уже одному. Накладно… Блесна приуныл, но чистота – залог здоровья. Летом – куда ни шло, а сколько его, лета? Так, глядишь, и вшами обзавестись недолго.

Но в последний майский четверг Саня объявился. Поучаствовал в пузыре, помылись, дошло и до новостей.

– Ты, Колька, парень постоянный. Тебе бы все по острову рассекать, а мне тут тесно. Вот и забрел как-то в Ижору, прошелся, через речку махнул. Там домищи – один другого краше…

На самом краю обитаемого пространства Сане встретились совсем уже невозможные хоромы. Пригляделся – дом стоит пустой, темный.