Пробуждение

Зри во все очи и запоминай, – наущал Дедята.

Жрец протер запыленное зеркало, расположив его с одного края стола, зажженные свечи – с другой, в середине расположив огромной величины алмаз, шаровидный с одной стороны и усеченный конусом на другую. В полной тишине Жрец истово произносил заклинания, как вдруг в зеркале мелькнули смутные тени, как в плохо настроенном телевизоре. Но спустя некоторое время образы стали четче и Максим узнал образ молодого Владимира, стоящего на ладье рядом с Добрыней.

Излучина реки показалась знакомой Максиму, и он узнал эти места. Дальше будут пороги, а от них один день пути до Киева. Максим сдавленно выдохнул, не то от удивления, не то от испуга. Образы в зеркале тут же растворились. Дедята грозно зыркнул на Максима, но не став его журить за срыв трансляции, спросил:

– Если я видел, то же, что и вы, значит, Владимиру день пути до Киева… Что бы ни случилось, Глеб, ты должен найти этот алмаз в своем времени.

Когда ты «прыгнешь», то окажешься ровно в той одеже, что и был. Ни один предмет с собой ты не заберешь. Поэтому алмаз нужно схоронить здесь, в нашем времени.

– Мы можем оставить его здесь же, в этом тайнике. Капища, конечно, будут сносить, но православные храмы будут ставить на местах прежних капищ. Полагаю, что фундамент трогать не будут при любых обстоятельствах, – предложил Максим.

– Нет. Это ненадежно. Нужно будет схоронить алмаз в более удобном месте, – задумчиво ответил Дедята.

Вдруг наверху раздался шум. Жрец быстро вернул алмаз в тайник. Заперев дверь, мужчины поднялись наверх. По капищу с бешеными глазами бегал послушник.

– Изяслав! Хорошо, что ты объявился!

– Что случилось?

– Ярополк дружину поднял. Дальние дозоры сигнал огнем подали, что враги на подходе к Киеву.

Мужчины многозначительно переглянулись.

– Надо спешить. Мы еще вернемся, Изяслав, – бросил на ходу Дедята.

Старик, как взъерошенный воробей, нервно шагал по городской площади, вмиг наполнившейся ратниками и другим честным народом, спешащим кто куда, как перед концом света.

«Если конец света – вещь гипотетическая, то для этих людей вполне реальная, хоть и в меньших масштабах», – подумал Максим, глядя, как людской улей набирает обороты движения.

– Времени нет, времени нет, – бурчал себе под нос Дедята. – Владимир, сукин сын, скор на руку.