Прости, Лёха!

Лапушка вскарабкался на дерево, обернулся и начал орать:

– Дурень! Дурень набитый! Прекрати! Ты сейчас взорвешься!

Ветер относил кошачьи крики в противоположную сторону, и до Пузи долетал лишь сдавленный писк. Но ему повезло, и он не взорвался. Вероятно, физика этой планеты существенно отличалась от земной. А может, патроны были другими.

Лапушка перешагивал с ветки на ветку и крутился вокруг ствола, как пушкинский ученый кот на цепи. Он высматривал щупальца в траве. И они появились! Тогда Лапушка примостился поудобнее на самой широкой ветке, снял с ожерелья еще одну гранату и кинул на землю.

Она упала совсем близко к дереву. Кот перепугался, что его сейчас заденет осколком, и со скоростью ракеты взмыл почти под самый верх. Хорошо, что дерево было гигантским, старым и очень устойчивым. Оно даже не затрещало от таких нагрузок.

Граната рванула. Из травы в нескольких местах брызнуло сиреневым. Цифра в линзе не изменилась.

Лапушка обождал несколько секунд и полез вниз. Ему надо было убедиться, что ни одно щупальце не залезло на ствол.

Но… мамочки! Вон одно! Второе! Третье! Кот соскочил на землю, как можно дальше от дерева, и понесся дальше.

– Пузяяя! – орал он на бегу. – Пуууузяяя!

Правую переднюю лапку обожгло острой болью. Лапушка приземлился аккурат на щупальце. Он испытывал похожие ощущения, когда еще будучи котенком попробовал поиграть с канцелярской кнопкой. Превозмогая боль, кот добежал до следующего дерева и устроился на нижней ветке. Он внимательно смотрел вниз, держа наготове очередную гранату.

Медведь перестал молотить траву и бежал к другу так быстро, как только мог. Скорость бега у него была так себе.

– Кот! – ахнул Пузя, как только добрался до дерева. – Ты видишь, сколько их здесь?

– Нет! Мне трава весь обзор закрывает.

– Их тут штук двадцать. Они не высовываются. Мне кажется, они ждут подкрепления, чтобы снова сложиться в змею.

– И что делать?

– Кидай гранату!

– Ок. Отходи! Или залазь ко мне.

– Не, не полезу. Лучше отойду.

– Милостивая фортуна! Направь мою лапу! Пусть у меня получится разнести этих чудищ и не подорвать при этом ни Пузю, ни дерево, ни себя, – прошептал Лапушка и снял с шеи еще один снаряд.

Ба-бах! “4” – показала линза. Медведь вернулся к стволу, не спеша осматривая траву.

– Я их всех уделал?

– Нет. Еще есть живые.

– Может, ты опять сядешь на меня, и мы галопом? А то мы так никогда от них не избавимся.

– Куда?

– Туда. Вперед.

– Ну давай.