Приговоренные

– Что придумывала?! Ты можешь говорить вразумительно?! – повысил голос Верный.

«Да что это они, – подумал Пытливый, – с ума сошли что ли? На что им сдался мой отец и что им за дело, о чем рассказывала мне мать? Неудобно даже повторять ее сказку…»

– Видите ли, это была сказочка для ребенка, спрашивающего: «Кто его папа?»

– Пытливый, ты из нас душу вытягиваешь! Выкладывай сказку! – приказал Озаренный.

– Суть ее в том, что отец был Его любимчиком, – Пытливый робко указал пальцем вверх.

Мастера молниеносно обменялись между собой взглядами.

– Это уже что-то, – серьезно говорит Озаренный и вкрадчиво, словно чего-то боясь вспугнуть, спрашивает:

– Маму зовут не Чаруша?

– Чаруша, – кивает Пытливый, и спохватившись, хочет спросить, откуда он знает.

Озаренный, однако, не дает раскрыть ему рта.

– Имя отца она называла?

– Называла. Странное имя… Ведун.

– Где она живет? Чем занимается?

– Зачем это вам?

– Отвечай, прошу тебя. Потом объясним.

– Мама – модельер. Никакого отношения ни к науке, ни к нашему делу не имеет.

– Сейчас она там?

Пытливый кивнул. Наступило долгое молчание, которое нарушил Верный.

– Соедини нас с ней. Немедленно! – резко приказал он.

– Да! Да! – воскликнул Кроткий и многозначительно добавил:

– Только так!

Пытливый не знал, что думать и что они хотят от него и его матери.

– Давай, давай, парень, – поторапливал Озаренный.

– А как? Я не могу.

– Успокойся, Озаренный. Он действительно не может.

– Я совсем потерял голову, – соглашается он. – Возьми мой и вызывай город. Настойчиво. Моим именем. Без стеснения, – явно возбужденный распоряжался Озаренный.

– Который час там? – интересуется Пытливый.

– По ВКМ десять тридцать. Там самый разгар рабочего дня, – сказал кто-то из Мастеров.

Пытливый представил, какой в городе поднимется переполох. По видеоканалу Избранных сам Озаренный, почитаемый за сына Всевышнего, требует Чарушу…

Какие-то незнакомые люди с выражением недоумения и растерянности смотрят на Пытливого, Верного и Кроткого.

Сначала он слышит мамин голос:

– Тут какая-то ошибка, – кричит она, а потом, вдруг сникнув, шепчет:

– Может, что случилось с Пытлей?

И вот она.

– Она!.. Это – она! – в самое ухо Пытливому выдыхает Озаренный и, дергая его за рукав, по-мальчишески шипит:

– Отдай мой нимб.