Пятьдесят три письма моему любимому

Замужним? Ну, может, к одной…

– Значит, только к Джейн?

Надо отдать ему должное. Он даже не моргнул. Или не дрогнул.

– Значит, ты видела, да? – Его глаза зажглись скрытой радостью. – И что, Шейда, это оскорбило твои чувства?

– Думаешь, это смешно? – вспыхнула я. – Интересно, что бы сказали Боб или Райан, если узнали бы.

– На твоем месте я бы никому не говорил, – его пальцы на моей талии напряглись.

Песня кончилась, но воздух между нами дрожал.

– Хочу сесть, – сказала я.

– А знаешь, что я хочу сделать? – Он явно не собирался отпускать меня.

 – Я хочу распустить этот тугой узел, чтобы все твои кудри рассыпались. Хочу увидеть, как бы ты выглядела, если бы не была так безжалостна к себе, Шейда.

Я стряхнула с себя его руки.

– Держись от меня подальше, Трой. И от Джейн тоже.

Повернувшись, я пошла к нашему столу, чувствуя, что он идет за мной следом.

– Куда это ты направляешься? – Хизер преградила ему дорогу и увлекла обратно в бальный зал.

– В нем столько альфа-самца, правда? – сказала Фелиция, когда я рухнула на свой стул.

 – Если уж Трой Хитгейт выбрал тебя, тебе конец. Даже если знаешь, что это очень-очень вредно, все равно это так… так хорошо.

Не могу поверить. Общество восхищения имени Троя Хитгейта.

– Как вам это удается? – спросила я. – Как вы его… делите?

– Да погляди на него, – ответила она. – Лучше уж получить хоть кусочек, чем совсем ничего.

Мы смотрели, как он, слегка склонившись, слушает, что Хизер шепчет ему на ухо.

– Мне надо выпить.

 – Фелиция поднялась с места.

Женщины не любят делиться, как бы ни старались убедить себя в обратном.

Я заметила, что к нашему столу направляется Милтон Мэлоун. Убегать было слишком поздно, так что я просто отказалась от танца и подверглась беседе. Немного погодя меня спас Боб.

– Тебя ищут Джейн и Мэтт, – сказал он. – Привет, Милтон. Как дела?

Я направилась к главному столу, чтобы попрощаться.

– Что? Невозможно! – сказала Джейн. – Да мы только начали.

Она снова вытащила меня в танцевальный зал.

Было весело, пока я не заметила, что на меня смотрит Трой Хитгейт. Всякий раз, когда я оборачивалась, он оказывался рядом и провожал меня задумчивым взглядом. Пил за стойкой бара и смотрел на меня. Слушал своих дам и смотрел на меня. Крутил в руках бокал и смотрел. Как охотник, выслеживающий добычу. Наблюдает и выжидает.

Когда все вернулись к столу, я с трудом стояла на ногах.

– Мне надо забрать детей, – сказала я, собирая свои вещи.