Степной принц. Книга 1. Горечь победы

– Было бы желание, – нехотя отозвался Чокан. Тема была неприятная. Особенно щекотливым в ней было его родство с мятежными султанами. Но тут уж слов из песни не выкинешь. Его ли в том вина? – Среди кочевников вооружённые столкновения не редкость. То тут, то там вспыхивают восстания. А степняки, как дети, воспевают отчаянных батыров и идут за ними.

– Садык, как я понял, смог бы увлечь и повести за собой, – в тон ему заметил Баюр.

– Да. Есть в нём какой-то магнетизм, – согласился поручик.

Синие глаза изучающее прошлись по чеканному монгольскому профилю.

Уж не испытал ли он этот магнетизм на собственной шкуре, пока сын Кене перед ним ораторствовал? Но ведь устоял. Что его удержало? Верность присяге? Или своей мечте проникнуть в Кашгар, готовой осуществиться? Или что-то иное, неведомое волхву?

Чокан тряхнул головой, прогоняя мрачные видения, повёл плечами, разминая затёкшие от неподвижности мышцы, и бодро договорил:

– Ему есть где развернуться. В верховьях Аму-Дарьи, в Кокандских владениях… в Кашгарии – там он найдёт приверженцев отца, бежавших после поражения и укрывшихся от возмездия.

– Поня-атно, – протянул Баюр. – Стало быть, там, куда мы поедем, опасаться надо не только китайцев, кокандцев, ходжей, недобитых кенесаринцев, но и новых мятежников во главе с Садыком?

Поручик расхохотался, окончательно растеряв унылость, и гордо выпрямился в седле:

– Что? Струсил?

– Шиш тебе! Пусть они все вместе взятые изойдут трясучкой, как бы я их одним колпаком не накрыл!

Глава 6

Старые приятели

– Эх, жаль волос! Однако расстаться с ними всё равно придётся.

 – Баюр стоял на коленях и, склонившись, раздувал затеплившийся костёр. – Может, не стоит тянуть время, прямо сейчас и побриться? Что скажешь, Джексенбе?

Друзья проснулись, когда полдень уже сиял в небе. На этот раз они рискнули расположиться у горного отрога под деревьями. Тень ветвей заслонила их и от палящего солнца, и от недоброго глаза.

Прятаться в горах, в каком-нибудь ущелье, как в начале пути, они зареклись. Скалы, как показала безжалостная действительность, оказались ненадёжным щитом. Они в равной степени подыгрывали и тем, кто прячется, и тем, кто выслеживает прячущихся.

– Хочешь предстать перед караванщиками истинным мусульманином? Со скоблёным черепом? – Чокан подошёл, дотянулся до головы волхва, двумя пальцами приподнял шапку: – Ишь, красотищу какую нарастил. Чистое золото.