Степной принц. Книга 1. Горечь победы

Чокан, провожая компаньона, тоже поднялся и в тон ему произнёс:

– Аллах мудр! Поможет в тяготах пути, – а потом по-арабски прочитал суру из Корана: «Вводит он, кого пожелает, в свою милость, а обидчикам приготовил он наказание мучительное».

Баюр увидел, как мгновенно просияло лицо татарина. Такую учёность среди мусульман встретишь редко. Большие люди знали, кого выбрать Алимбаем. Этот молоденький поручик стоит того, чтобы ради него терпеть опасности и неудобства, а ещё – беречь его пуще глазу.

Волхв собрался последовать за Мусабаем, наклонил голову перед выходом туда, где было уже черным-черно, только цвели походные костры, звякало железо да тянуло вкусным дымком, но Чокан ухватил его за рукав:

– Оставайся.

Места хватит. Ты ведь к моему кошу приписан. Еду нам сюда принесут.

Баюр затормозил и вдруг догадливо ухмыльнулся:

– А ведь верно. Место телохранителя – рядом с тем, кого он бережёт. Это разумно и намного надёжнее.

– Какого ещё телохранителя?! – возмутился поручик. Только няньки ему не хватало! – А просто друзьями быть нельзя?

– Можно, – разрешил волхв.

 – Одно другому не мешает. Остальным всех причин знать не обязательно. Особенно про охоту на валихана.

– Они проверили караван и ушли, – огрызнулся Чокан. Голос, которому он хотел придать жёсткость, прозвучал крайне неубедительно. И фраза, не получив подкрепления ни с одной, ни с другой стороны, повисла в воздухе между скрещёнными взглядами. Впрочем, её продолжения не требовалось, ибо оба приятеля понимали, насколько зыбкая и обманчивая наступила безопасность.

Ужин им действительно принёс киргиз-кашевар. Ели спокойно, не оглядываясь, не напрягая слух. Хорошо! Да и болтали на сон грядущий о всякой ерунде. Сколько можно строить догадки и расчёты, со всех сторон ожидать нападения или ещё какой подлянки.

Тушить очага не стали, расположившись на ночлег по обе стороны от него. Спать хотелось жутко. Бдительность скитальцев здесь, у мирного очага, почувствовала себя третьей лишней и ускользнула вон, к ночным сторожам.

Имущество каравана охранялось и от разбойных налётов, и от мелких воришек, которые могли позариться на лошадей, на отбившихся в сторонку баранов, да и мало ли что придёт в дурью башку. Друзья разом провалились в сон, как в пропасть, будто кто-то одним махом отсёк верёвку, которая их держала на весу, пошатывая, но не давая упасть. За чертой юрты слышались иногда шаги, какое-то движение, приглушённые голоса и фырканье лошадей, но слух спящих они не тревожили.