Степной принц. Книга 1. Горечь победы

Баюр проснулся внезапно, будто его толкнули, и долго лежал, не шевелясь, прислушиваясь к ночным шорохам, наблюдая из-за опущенных ресниц, как мечутся тени по рёбрам юрты от слабых сполохов огня. Повернул голову к Чокану. Тот лежал щекой на кошме с закрытыми глазами. Лицо застывшее, неподвижное… Даже слишком, пожалуй. Вгляделся внимательнее и, наконец, осознал, что он не спит. Первый глубокий сон обоих вырубил на какое-то время, спасая от изнеможения, и снова вернул в явь.

Почувствовав взгляд волхва, поручик открыл глаза, недовольно проворчал:

– Неужели теперь так и придётся всю жизнь спать вприглядку?

– Почему всю жизнь? – не понял тот.

 – Всё ведь когда-то кончается. Кончится и экспедиция, миссия Алимбая, даже охота карачей… Тогда спи в своё удовольствие, ни в чём себе не отказывай!

Чокан перевернулся на спину, потянулся, выпрямляя согнутые колени:

– Да потому… Разведчик – это тебе не в речке искупался и забыл. Это навсегда.

– Клеймо?

– Вроде того, – скривился от сравнения поручик.

 – Я вспоминаю, как Гасфорд… омский губернатор, у которого я состою адъютантом… рассказывал о Виткевиче, вернувшемся из путешествия по Азии. Собирался с докладом в Петербург, но погиб при загадочных обстоятельствах. Исчезли и все его бумаги…

– Думаешь, его свои пристукнули?

– Может, выследили противники – убрали его и всё им написанное. Уничтожить секретные материалы, которые он вёз, посчитали явно недостаточным: из головы их не сотрёшь. Он живой носитель запретной информации и потому опасен.

– А другие случаи были? Ну… когда избавлялись? Гасфорд твой не говорил?

Чокан вздохнул:

– Говорил, как же… Сейчас я думаю, он остерегал меня, чтоб ушами не хлопал. Кириллов, тоже разведчик, погиб на пути в Петербург, в гостинице. И опять концов не нашли. Схема с бумагами та же. Официально подозрение возложено на англичан, наших конкурентов в Азии. Но доказать ничего невозможно.

Роковая предопределённость закружилась под куполом юрты арканом, высматривая достойную шею, чтоб затянуться на ней узлом, и волхв поспешил сбить ориентиры насмешкой.

Судьбе положено быть слепой. Пусть знает своё место.

– Вот значит, почему ты не заводишь гарем. Боишься: конкурентам достанется.

Чокан не ожидал таких выводов и рассмеялся:

– Думаешь, все разведчики дают обет безбрачия?

– Но ведь…

– Наоборот! Семейные менее подозрительны. У них другие заботы.

– А ты?

– Мне простительно по молодости лет. Хотя… этот момент тоже надо учесть.