Нити Судьбы

– Хех, – лишь последовал ответ от Саратуйи.

– Кель. Ты сможешь сейчас применить «крик воды»?

– Через четверть часа. Энергия едва восстановилась.

– Через четверть часа жду вас всех на верхней палубе. Саратуйя, тебя это не касается.

Едва дверь за нашими спинами закрылась, звук падения тела на кровать отчетливо прозвучал в тишине.

– Как он дослужился до предглавия? – лишь мысли в слух, но Кельвин на них ответил.

– Он лучший Ловец среди своего поколения.

Да. Лучший. Раны на его теле, глубокие шрамы и исковерканная душа тому подношение.

Что-то белое привлекло внимание. Камила не закрыла дверь в свою комнату и сейчас, сидя за столом,заваленным книгами, склонилась над ветхим свитком. Ее золотые косы собраны в идеальную высокую прическу, нежный изгиб шеи подчеркнут легкой тканью шарфа, тонкий стан обвивает парчовый пояс. Ее профиль столь нежен, что может поспорить со многими статуями Богинь. Эта девушка приятна глазу,пока молчит и не смотрит в упор.

До сих пор не понимаю, почему она одна.

– Тизор?

– Кельвин, ты что-нибудь слышал о взаимоотношениях между Камилой и другими жрецами?

– Сплетни?

– Факты.

– С этими вопросами тебе следует обратиться к Сару. Ловцы обязаны знать внутреннюю кухню Общины.

– Теперь и тебе придется в нее вникать. Ты ведь не оставишь мою спину беззащитной?

– Не оставлю.

Не думаю, что следующие месяцы жизни в Общине станут для нас троих «теплыми деньками» и привычной размеренной жизнью. Всё изменится согласно пророчеству.

Пророчеству, которое из поколения в поколение приносит в наши души туман страха. Истреблённый род Ноктюрн стал доказательством нарушения конов Волхвом, попрание священности жизни идущего по Пути. Кто мог подумать, что будущее наступит именно сейчас? Что изменения принесет тот, от которого их и ждали?

Эмир Ноктюрн разбил вечный лёд спокойствия, запустил волну паники и все, кто мог, кинулись искать ответы в Лабиринте. Остальным приходится довольствоваться малым – слухами,а слухи в Общине оказываются либо истиной, либо истиной.

– Дайн, начинай подготовку к разгону «Рассекающего».

– Принято, – едва склоняется парень и поднимается вверх к штурвалу.

– Кельвин, «кричи».

– Будет исполнено, – так же едва склонился страж. Его фигура в легких белых одеждах гармонично вписывается в окружающее пространство и ярко выделяется при свете фонарей и светлеющего горизонта. Широкие плечи подчеркивает камзол из белой парчи со вставками из черной кожи.