Муж и жена – одна сатана

Да и с татуировкой… Конечно, я не сильно разбираюсь в заклятиях, но знаю, что противостояние такой древней магии, как связывание вечными узами, требует много сил.

– Волнуешься?

Я не ответила. А что сказать? Не волнение, однозначно. Оден сильный маг, справится. Вот только маленький червячок подтачивал изнутри, намекая, что нельзя быть такой неблагодарной.

– Опасаюсь, что брак придется подтверждать. – Не вся правда, да и не самое главное мое опасение. – С моими проблемами это будет довольно трудно.

– Хочешь сказать, с твоими страхами? – Оден забрал у меня из рук пустой графин.

– Это не страх! – вскинулась я.

– Это страх. Страх, который твоя собственная сила заложила тебе в подкорку. И пока ты не поймешь, что это именно страх, ты не продвинешься ни на шаг.

Оден не кричал, не ругался и не пытался что-то доказать. Возможно, именно поэтому я его послушала.

– Хорошо, что делать после того, как я признаю, что это страх?

– Бороться с ним, принимать и избавиться в итоге. Есть чудесный метод.

Когда неприятные воспоминания замещают приятными.

– То есть ты предполагаешь, что надо сделать так, чтобы ко мне заявился какой-нибудь мужчина, снял штаны, и мне стало приятно? Да я его прибью!

– Я его и сам прибью! – рявкнул Оден. – Никаких посторонних мужчин в твоей спальне! Как тебе вообще в голову такое пришло?!

Я пожала плечами в ответ. А что думать-то? Переступила с ноги на ногу: стоять надоело, как и подпирать стенку.

– Присядь куда-нибудь. Или, если хочешь, давай переместимся в место поуютнее?

– Мне и здесь хорошо.

Договаривай. Как ты со страхами бороться предлагаешь. Так… Стоп. Под хорошими воспоминаниями ты предлагал себя?

До меня начало доходить. Эх, как всегда. Надо было на свидания бегать, а не учить теорию магии и не читать столько книг в пансионе. Глядишь, и сразу бы намеки понимала.

– Точно!

– И как ты будешь это делать?

– Как тебе понравится. – Оден улыбнулся, причем так трогательно, что, будь я чуть поромантичнее и помладше, растаяла бы от такой улыбки.

А так лишь почувствовала, как сердце стукнуло пару раз неровно, словно ускорилось.

– Хорошо, я не против, – согласилась я и прикрыла глаза.

Смотреть на Одена было невозможно. Казалось, что увижу торжество или превосходство, мол, легко добился своего. Но нет. Приоткрыв глаза, я заметила лишь чуть грустное и чертовски нежное выражение. Так, словно Оден смотрел не на навязанного, а на нужного и интересного партнера.