48 часов

Голова чуть откинулась, коснувшись плеча преследователя. Спиной к груди чуть сильнее. До отчетливого стука учащенного сердцебиения. Потянул носом запах волос. Мурашки по правой руке.

– Давай поиграем…

Ливень обрушился так стремительно, что не успела вдохнуть. Пришлось сделать это после. Когда плотный водный поток накрыл наши тела. Это отрезвило. Вернуло на землю. Заставило опомниться.

Мучитель напрягся. Руки, стискивающие мое тело, дернулись, затем вжали в каменный торс.

Два шага и мы под навесом.

Что это? Козырек подъезда?

Слишком темно вокруг, слишком рассеяны крупицы разума, слишком гулко отдается в ушах стук его сердца в унисон с моим.

– Два дня.

Сознание заставило меня вынырнуть из небытия. Мозг попытался анализировать услышанное, но меня трясло, и это мешало сосредоточиться.

– Что? – Едва удалось произнести, из-за дрожи зубы стучали.

Он сильнее стиснул мои плечи, вжимая в себя до предела, и как ни странно, согревая жаром, исходящим от его мощного торса.

Дыхание запуталось в волосах, опалило мочку и кожу за ухом.

– Два дня, чтобы уйти. Если не найду – будешь жить…

И он отступил. Скрылся.

Стояла, глядя в темноту. Словно во сне послышался звук отъезжающего кроссовера. Дрожь в теле все не проходила, но явно не из-за холода, теперь пробирающего до костей. Как только его руки разжались, я чуть не рухнула на асфальт. Удержала невидимая сила.

Не представляла, что смогу так бояться обычного человека. Нет. Он не человек! Зверь. Животное.

И скоро на меня откроется охота.

Что со мной сделают, когда поймают, я не знала. Не хотела об этом думать, пока. Слезы, которые я так ненавидела, заставили всхлипнуть. Осознание, что мне осталось лишь два дня, обрушилось с такой силой, что пришлось опереться о стену рядом с собой.

Он же убьет меня. По щелчку пальца. Как убил Сашку.

Тело скрутил рефлекс, пришлось согнуться, не отрывая руки от стены. Меня вырвало. Хотя не ела почти ничего за ужином. Тело продолжали терзать спазмы, но было нечем.

Кажется, отпустило.

Выпрямилась стянула промокшую шапку и вышла под пелену дождя.

Кожу обожгли ледяные струи. Подняла лицо к грозовому фронту и замерла. Капли яростно хлестали по лбу, щекам, векам, губам. А я продолжала стоять. Через минуту волосы промокли до корней, кожу головы стянуло холодом.

Осталось лишь два дня. К чему теперь все это? Заболею, ну и что?

Два дня.

Я не собиралась сдаваться так легко.

Два дня.