Фамилия

Мой конвоир с тихим проклятьем оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг нас нет охраны Германа, его злит задержка.

– Ты что-то приняла?

Мотаю головой, чувствую, что сил идти дальше не осталось, но меня вновь цепляют за руку и тянут. Только теперь он не шагает позади, как делал все это время, а ведет меня за руку. Мы проскальзываем между стволов вековых сосен. Их кроны осуждающе шумят, не желая отпускать нас из этой фамилии. Лес темными глазами наблюдает за нами как совы в Твин Пиксе. Промозглый для такого лета ветер пронизывает до костей.

– Это машина? – срывается с моих губ раньше, чем я успеваю сообразить. Мой конвоир сдергивает брезент, усыпанный ветками сосен, и тот с шелестом падает на землю, оголяя шершавый в черном рапторе пикап. Открывает дверь пассажира, толкает меня внутрь, но вместо того, чтобы просто закрыть ее за мной, пристегивает меня наручниками к ручке. – Эй, ты что?

Злюсь, дергаю за ту, но браслет лишь елозит по пластику вверх и вниз без возможности отцепиться.

– Ты псих? Зачем меня пристегивать?

Мой конвоир лишь раздраженно занимает водительское место и, с легкостью повернув ключ в замке зажигания, заводит мотор.

– Я же не смогу сбежать… Отстегни меня!

Поворачивается ко мне и пришибает недовольным взглядом, намеренно медленно оглядывая меня с макушки до предательски соскальзывающего декольте и обратно. Я замолкаю, только сейчас осознав, что рядом со мной не просто похититель, а мужчина.

– Если ты не заткнешь свой рот, это сделаю я.

И после этой фразы мне как-то не хочется спорить, поэтому сглатываю и, вжавшись в сиденье, испуганно замолкаю.

Дорога черной ленточкой вьется под ногами. Пикап подбрасывает на кочках. Мой конвоир гонит, как будто его преследуют все черти ада. И если быть откровенной, я гнала бы точно так же, только бы поскорее оказаться подальше от этой фамилии.

Фары он не включает. Едем в полнейшей темноте, лишь свет луны сегодня на нашей стороне.

Лесополоса заканчивается, узкая дорога втыкается в асфальтированную трассу и мой конвоир выворачивает на нее и наконец включает фары.

– Ты не убил меня в лесу, пока была возможность, – рассуждаю вслух, потому что искренне недоумеваю, зачем я ему. – Ты выкрал меня, хотя мог бы просто прикончить в той спальне.

Он молчит, хотя я и понимаю, что он меня слышит.