Бесследно исчезнувшая

Ему стоило серьезно подумать о дресс-коде для сотрудников редакции, он не должен позволять, чтобы репортер, выглядевший таким образом, представлял его газету где-то в городе. На ней было некое подобие пиджака, джинсы и мятая блузка, и она явно не вымыла сегодня волосы.

Журналистка отодвинула в сторону дверь и сунула голову в его кабинет.

– Что?

– Входи и закрой за собой дверь.

Анника шагнула внутрь и поступила со стеклянной дверью согласно его приказу, повернулась к нему, но дальше не сдвинулась с места.

Вообще-то вблизи ее одежда выглядела не столь уж плохо. Сидела немного странно, словно Аннике утром не удалось упаковать себя в нее надлежащим образом. И джинсы определенно были ей велики.

– Как дела? – спросил он, пытаясь придать лицу непринужденное выражение.

– Нора Лерберг объявлена в розыск, – сказала Анника. – Чертовски странный случай. Я собираюсь съездить на разведку чуть позже.

– Я хорошо знаю Ингемара Лерберга. Вернее, знал, – поправился он. – Хотя мы и контактируем в последнее время очень редко.

Хороший парень.

– На самом деле?

– Его политические идеи, пожалуй, немного радикальные…

– О том, что люди с индексом массы тела больше тридцати не должны охватываться всеобщим медицинским страхованием, ты это имеешь в виду? Или что в библиотеках надо иметь только «одобренные» книги…

Шюман встал, явно раздраженный.

– Ты видела это? – спросил он вместо ответа и повернул компьютер так, чтобы она могла прочитать.

Анника подошла к его письменному столу и наклонилась к экрану.

– «Свет истины», – прочитала она. – И что это?

– Блогер, – сказал Шюман и показал на свое кресло. – Садись.

Анника смотрела на него одно мгновение, потом села в его широкое офисное кресло, придвинулась ближе к монитору и стала читать.

– Это второй опус, – сообщил Шюман. – Вчера он написал еще один.

– Я вижу, – ответила Анника.

– Он утверждает, что Виола Сёдерланд мертва. Его источники – два бывших партнера Виолы, их осудили за экономические преступления и непорядочность в поведении кредитора в связи с банкротствами при реконструкции шпиля Золотой башни.

Это Линетт Петтерссон и Свен-Улоф Виттерфельд, два свидетеля истины… Если верить ему, я обманом получил оба моих журналистских приза, якобы сделал документальный фильм о Виоле Сёдерланд по заданию страховой компании так, чтобы не пришлось выплачивать никакой страховки ее детям. Он пишет, что…

– Я вижу, – перебила Анника.