Витязь. Тенета тьмы

– Зовите меня Тата Аароновна, – прогудела тем временем усатая дама. – Так-так, что тут у нас…

Мужчина улыбался. Потом, словно спохватившись, достал откуда-то халат, надел его, пристегнул бедж. «Либензон Моисей Исаакович, хилер-акушер Королевского Подмосковного двора».

– Мне надо просто удалить спираль, – нервно сказала Ирма. – Я уже договорилась в «Бесте»…

– Таки мы знаем, – кивнула Сара. – Детка, выпейте чайку. Вот, у меня в термосе есть.

Ирма сжалась в комок… и разжалась. Она не ощущала угрозы.

Совсем.

Крошечный кабинетик наполнялся цветочными, травяными ароматами, плыл и качался. Добрые, убаюкивающие интонации Таты Аароновны чрезвычайно не вязались с ее грубым лицом и мужиковатым обликом. Чисто вымытые руки Моисея Исааковича поглаживали плоский Ирмин животик. «Тут чем меньше мешать, Ирма Викторовна, тем лучше. И вообще, показывайтесь вы в вашей «Бесте» пореже. Просто слушайте мой голос. Я обучался на Филиппинах. Не смотрите, будет немножко странно»…

Сухие пальцы врача будто погружались в ее тело, не причиняя никакой боли.

Ирма совсем уснула под воркующий говорок двух женщин, успев услышать напоследок только: службу «трезвый водитель»…

…проснулась она уже дома, на диване под вазой.

Некоторое время женщина бессмысленно рассматривала картинки на фарфоре, только теперь уловив их смысл. Слабо улыбнулась и огляделась.

– А они уехали, – сказала Алинка.

Дочка сидела в кресле с ногами и изучала несколько бумажек с печатями и заключениями.

– Твои документы, мама. Из них следует, что ты на раннем сроке беременности и удаление спирали прошло удачно. Вот она, в пакетике. – Алинка продемонстрировала названное. – Тебя привезли, ты еще от наркоза не отошла, мам. Какая ты счастливая… у тебя от дяди Тая остался ребенок. Какая ты счастливая… ну правда.

Ирма, которая в толк не могла взять, как она вот так безмозгло пошла за малознакомыми людьми в неизвестную городскую клинику, где выпила чая с наркотиками, точно с наркотиками!.

Сказать было нечего.

С утра ощущение странной пустоты и безнадеги вернулось. Казалось, только что дом был полон народа: на балконе странной красной птицей восседал Мастер Войны, на кухне деловито упаковывал в посудомойку грязные тарелки Котов. В душе плескался эльф.