Его сбежавшая невеста

А может быть, сам Рашид?

Она боится? Или играет?

Чер-рт, как же бесит это незнание!

С места меня толкает желание показать ей, кто ее нашел, но еще больше желание истины.

Я стремительно переставляю ноги, чувствуя, как они ноют от непривычной нагрузки. Но Ева словно ужаленная, бежит, бежит! Мне бы крикнуть, что это я, чтобы она остановилась, не двигалась с места! Но есть в этой погоне что-то дикое, животное, возбуждающее.

Хочется доказать ей, что мне не нужна фора, чтобы ее догнать. Хочется доказать себе, что я действительно способен на это.

Способен взять ее в свой плен. Что я имею над ней власть. Я над ней, а не как иначе!

На выдохе ускоряюсь, готовый догнать ее в любой момент. Но ведьма бежит все дальше, сквозь деревья и кусты. С легкостью преодолевая поваленные деревья. Не оборачиваясь, не смотря по сторонам, не замечая, как слетела заколка, а белокурые волосы, что я скоро буду наматывать на кулак, растрепались по хрупким плечам.

Ева все дальше и дальше от дома, возле которого я ее увидел.

Старается сделать все, чтобы я ее не догнал. Чтобы никто не догнал, или отвлекает внимание от дома? Прячет очередного любовника?

Но все решает не скорость. Не ловкость, с которой она лавирует между деревьями, а выносливость, когда спустя несколько минут активной пробежки она-таки сбавляет скорость. Я же, несмотря на боль в ногах, только набираю.

Рывок рукой и ее вязаный светлый пуловер в моем кулаке.

– Пошел вон, ублюдок! – орет она и не глядя замахивается, почти достигая моего лица, но я дергаю корпусом и валю Еву с ног, прижимая телом сверху.

Сходя с ума только от запаха, который обволакивает меня со всех сторон. Чертова ваниль. Казалось, меня будет тошнить от этого аромата, а оказалось, что я просто не мог без него. Не могу без нее. Дрянь. Какая же она дрянь! Заразой проникла под кожу, вызвала лютое желание разорвать ее. Поцеловать ее. Отыметь прямо здесь.

Первые пару секунд она моргает, словно не веря своим глазам.

– Хари… Харитон…

А я даже ее имени произнести не могу.

Дыхание спирает, в голове бардак, а горло от близости горячего тела перехватывает.

Уже не раз я был рядом с ней, не раз смотрел в голубые, как океаны глаза, но никогда не видел правды.

Кто она на самом деле, зачем вернулась в мою жизнь, способна ли на что-то кроме ненависти. А я? Я способен думать, предположить, что она вообще ни в чем не виновата?

Виновата! В том, что я стал в глазах окружающих ослом.

Моя заминка дает ей фору.