Пять рассерженных жён

– Ну что вы, Сонечка, напротив, костюм так удачно вас облегает, – заверил Фрол Прокофьевич и тут же очень искренне восхитился: – Такие формы! Такие роскошные формы! Давайте теперь примеряем этот платок, – и он протянул мне леопардовый.

– Вы все же решили остановиться на нем? – удивилась я. – На костюме чёрная отделка, поэтому платок должен быть тоже чёрным.

– Нет, нет, чёрной будет шляпа, – решительно возразил Фрол Прокофьевич.

Я вскипела и уже хотела повторить ему ту историю с моей чёрной шляпой, париком, воронами и Марусей, историю, которая поссорила Марусю и Тамару, но в этот миг заметила в руках у Фрола Прокофьевича огромную картонную коробку, в которых хранят только шляпы.

– Я захотел вам сделать подарок, – немного смущаясь, пояснил он и снял с коробки крышку.

Давно я не испытывала подобного потрясения, а потому застыла как вкопанная, что совсем нетрудно понять: элегантная чёрная шляпа из натуральной соломки лежала на дне коробки.

Чудо! Прелесть!! Очарование!!!

Представляю сколько это стоит!

– Фантастика! – прошептала я, не отрывая глаз от шляпы.

– Это вам, – скромно тупясь, произнёс Фрол Прокофьевич.

Я все ещё столбенела. А мой Евгений сидит в гостиной. Смотрит телевизор. А здесь происходит такое! Боже, перед таким чудом у любой женщины померкнет разум! Таким состоянием легко воспользоваться, как это часто и происходит. Да, да, я просто разум теряю, глядя на шляпу. Евгений, правда, сидит в гостиной. Смотрит телевизор. Но он в любой момент может заинтересоваться: чем же мы тут заняты?

А здесь происходит такое!

– Нет, я не могу принять ваш подарок! – воскликнула я, устремляясь на шляпу всею собой и хищно простирая к ней руки.

– Но, Сонечка, я же от всей души, – взмолился Фрол Прокофьевич.

– Нет, нет, об этом не может быть и речи, – возразила я, спешно накручивая на голову леопардовый платок. – Даже не просите!

– Сонечка, не так, два раза вокруг шеи и побольше на щеки, – сказал Фрол Прокофьевич и поправил на мне платок, сделав с ним что-то такое, после чего мой «фарш» на щеках стал совсем не виден.

Если бы не фингалы, я была бы даже прелестна.

– Сонечка, я вас просто умоляю, вы должны мой подарок принять, – снова начал упрашивать Фрол Прокофьевич.

– Нет, нет, это исключено, – ответила я, водружая шляпу на голову поверх платка.

Фрол Прокофьевич глянул на меня, я тоже глянула на себя и…

– Очаровательно, – произнёс он.