Арни снова голоден

Я люблю ходить в гости к своим подружкам! Это так интересно!

– Вдруг она заметит, что кто-то приходил?

– Как она заметит?

– Вдруг комендантша увидит?

– Надь, я не пойму, ты маму боишься? Или не хочешь, чтобы я к тебе в гости шла?

Конечно, Надежда не хотела видеть Катьку у себя в гостях, но почувствовала что-то вроде стыда. Если рыжая дрянь разнесёт по школе, что Надя боится маму, может возобновиться травля. Девочка не боялась ни травли, ни мамы, и единственное, чего ей по-настоящему хотелось – снова стать незаметной и маленькой, чтобы никто не приставал и не беспокоил.

– Ладно, пойдём. Только быстро.

Общежитие коридорного типа с выкрашенными красной краской деревянными половицами встретило девочек священной тишиной. Пахло кислыми щами и папиросным дымом, но помещения пустовали – ещё никто из взрослых с работы не вернулся. Надежде нравилось приходить домой пораньше. Она могла бродить по пустынным коридорам часами, тихонько напевая себе под нос «Песню о Щорсе», и слушая многоголосное эхо.

Пауки, за которыми когда-то любила наблюдать Надя, благодаря усилиям чистоплотных работниц, в общежитии не водились, зато на кухне можно было вдоволь порезвиться: девочка рассыпала на пол соль, прятала спички, путала столовые приборы. И она ещё ни разу не попалась!

Но сегодня погулять не удастся – придётся развлекать прилипалу.

– Ух ты, раскраски! Я люблю раскрашивать картинки, хоть и взрослая. Ещё и красивые такие! – Катька бросилась к письменному столу без предупреждения и, схватив в руки одну из раскрасок, перелистнула страницу.

Её серые глаза удивленно округлились, – А что это с ними?

– А что с ними? – Надя непонятливо уставилась на картинку, затёртую зелёным карандашом до дыр, – А, это Олег раскрашивал.

– А это? – Катька задумчиво приподняла со стола обломки зелёного карандаша. Девочка недоумённо нахмурила брови, пытаясь свести полученную информацию в логическую цепочку, – Поломал?

Как объяснить этой нахальной дурёхе, что Олег иногда грызёт карандаши? Мама говорила, что это оттого, что брату не хватает кальция, и у Нади не было оснований маме не верить.

Кто-то ест мел, кто-то побелку со стены, а он, её младший брат, ел карандаши. Нормально. Но ставить об этом в известность болтливую Катьку почему-то не хотелось.

– Поломал, наверно, – соврала Надежда обыденно.

«Подружка» явно насторожилась и даже перестала приставать с расспросами. Она листала странички раскраски одну за другой и хмурилась.