Атаманова казна

Да и по-простому встретили его казаки, без должного уважения (чего уж там – с откровенной неприязнью встретили). Поэтому вернувшись в Самару Нестеров, посовещавшись с Брушвитом и ознакомившись с новым, пришедшим докладом Фортунатова о результатах проверки банка, отправил в Оренбург телеграмму о лишении Дутова всех полномочий Комуча. Вот как-то так, уважаемый товарищ из Петрограда: в меру сил бдим. Правда, ответить на вопрос, какой леший его заставил заключать соглашение о таможенном перемирии с Временным Сибирским Правительством, и запускать на полную мощь движение поездов от Самары до Владивостока, на которых и вывозилось Казанское золото, Нестеров не смог, стал путаться в деталях и в обосновании причин такого решения.

Коротко говоря, сволочи они там все, в Самаре. Революционный трибунал по ним давно плачет. Но говорить об этом Клепинову, ясное дело, товарищ с Петрограда не стал. Толковый этот парень, Клепинов, только пуганый очень. Нужно к нему присмотреться, может и будет какая польза.

– Благодарю вас, Клепинов, больше вопросов не имею, во всяком случае пока.

– Так все уже выехали, прочёсывают Оренбургский тракт. Сегодня вечером оставшаяся четвёрка убывает, и всё: у меня в Казани никого на остаётся.

– Сделайте вот что: принесите мне по три капли крови этих ваших людей, не мешкая. Займитесь этим лично и прямо сейчас. До их отъезда вы должны успеть доставить мне то, что я прошу, и вручить старшему из ваших людей то, что я вам дам позже.

– Извините… Моё имя вам известно, а как мне к вам обращаться?

– Очень просто: шеф.

Аз есмь

(Туманов)

Ссобой взял наган и пару ножей. От хутора ушёл лесом на север, выскочил под Берёзовой Гривой и оттуда уже повернул на юг, просёлком мимо Пановки добрался до Бозяково. Заезжать не стал, обошёл околицей с восточной стороны и бродом переправился через речку Мешкалу.

Постороннее присутствие заметил версты через две: мелькнули краем поля какие-то тени, лошадь сторожко запрядала ушами. По спине дёрнулся холодок чужого взгляда, и его тело само переключилось в режим боевого механизма. Взял левее, наискосок лежащей впереди возвышенности, незаметно оценил обстановку окрест. Сзади и чуть по бокам зафиксировал три перемещения… Это уже не слежка, эти будут знакомиться.