Атаманова казна

Наверняка в той ближайшей балочке впереди, через которую лежит его путь. Что ж, поговорим, уходить от общения подозрительно, да и не прилично.

Так и вышло: добравшись до спуска в пологий дол лежащий поперёк поля, увидел впереди внизу троих оружных верхами, сидящих в сёдлах расслабленно, стволами кавалерийских карабинов дружелюбно сопровождавших приближение Туманова. Среднего возраста, одеты просто, в гражданское, наганы топорщатся за поясами, сапоги, картузы, безбородые, у одного аккуратные усики.

Не спеша подъехал ближе, спустившись в дол – теперь они все скрыты от посторонних глаз. Молча остановил лошадь в пяти шагах, расслабленно откинулся в седле, положив руки на луку. Молчали и те, трое. Один не спеша свернул цигарку, закурил. Однако… Внимательно рассматривали Туманова, пока сверху дола не послышался перестук копыт и чуть позже на край спуска вылетели ещё четверо верховых. Спускаться не стали, растянулись по верху. Тоже безбородые, в гражданском, у двоих карабины.

– А ведь, похоже, он и есть? – не обращаясь ни к кому конкретно произнёс с усиками. Его Туманов сразу выделил для будущей беседы.

– Похож-то похож, – согласился дымящий цигаркой, и шевельнул стволом карабина в сторону Туманова, – а ну-ка, сударь, удиви нас документами.

Туманов развёл руки слегка в стороны, как-бы в растерянности:

– Разве у господ-товарищей есть мандат на право проверки? И место не совсем подходящее, не находите?

– Точно: он, – удовлетворенно сказал третий, – говорил Вольт, что с выдержкой и духовитый.

Ну, по заслугам и честь. Ты вот что, сударь, наган не трогай, отстегни с ремнем и скинь на землю. Давай, не тяни.

Туманов без спешки выполнил, краем глаза оценив у всех ловкость хватки карабинов в положении от бедра.

– Теперь слезай, и на пять шагов в сторону.

Слезая с седла слегка потянулся, разминая тело и начиная разгонять кровь.

– Не дури, парень. На колени и ложись лицом оземь, руки за спину.

Ну!

Сделав пять шагов от лошади лёг, скрестил руки за спиной. Пять стволов расслабленно шевельнулись. Стоящие по верху балки верховые не спеша стронули лошадей вниз. Куривший дотянул цигарку, кинул окурок в сторону и ловко стёк с седла.

– Оставь карабин, Стен, – сказал усатый, – оставь, я сказал.

Слезший не возражая передал ему свой карабин, и осторожно подошел с боку к лежащему. Рано, пусть нагнётся… Пора.