Река Великая

– Вот что, Андрюш, я решил. Ни единого греха тебе больше не отпущу. Гори в аду!

– Да есть ли тот ад, батюшка?

– А вот и узнаешь! – Власий делает злорадное лицо.

– Еще кое в чем признаться хотел, да уж не буду, наверное.

– Да и не надо! Какой прок с этих исповедей? Сами себе душу облегчите – да по новой грешите, а мне только слушать! Видит Бог, тяжек крест службы приходской. Давно в монастырь к братии сердце просится.

– Только на той неделе вернулись.

– И напрасно, как Бог свят.

Андрей берет со стола бутыль.

– Ничего, что закурю?

– Кури, Бог с тобой.

Андрей поискал глазами и не нашел жестяную крышку от банки с огурцами, которую видел только что и собрался использовать вместо пепельницы.

– Сам-то не хочешь к нам в обитель?

– А со скуки не помру? Дела там у вас никакого.

– Господу служить не дело что ль? – Тихо возмутился священник. – Заутреня, вечерня, по праздникам еще отдельные службы. В остальное время отдыхаем, беседуем: словами промеж собой, а в мыслях – с Богом.

– Если так хорошо в монастыре, то что же сами там не останетесь?

– А приход я на кого оставлю? Тесть твой, смотри, как постриг принял, про Малые Уды и не вспоминает.

– А что у него в Малых Удах осталось? Теща померла, Анька в городе.

– Не в том дело, – сказал Власий.

– Летом комаров, небось!..

– Ни одного! Семь верст исходил преподобный Тарасий по лесу, чтобы место для обители выбрать.

– А в озере рыба есть?

– Не проверяли. Зато скажу, что родник в это озерцо впадает благодатный. Каждое утро, только проснемся, всей братией к нему напиться спешим. В городе такой водицы нет.

– При чем тут город? Будто я в Псков когда собирался?

– А что, думаешь, Анька к тебе в Малые Уды воротится?

– Говорила, что согласна.

– Сегодня согласна, а завтра опять шлея под хвост попадет. Сам ты сколько раз на исповедях мне жаловался: то ей не так, се не эдак.

– Не жалуете вы, батюшка, дамский пол, – усмехнулся Андрей.

– Упаси Господь! – Власий отрывисто перекрестился. – Истинно тебе говорю, сама по себе баба, отдельно взятая, ничуть мужика не хуже. Но только, ежель прилепится к тебе, жди горестей великих.

Андрей чокнулся со святым отцом, выпил и, вместо того чтобы закусить, сделал глубокую затяжку.