Невыносимый

Налево – гардероб, ныне запертый за ненадобностью, прямо – проход вглубь здания. Там пост охраны, П-образные ворота металлодетектора, свободное пространство забрано хромированными поручнями так, что мимо этих ворот никак не пройти и не протиснуться. Я сразу же отметил пару камер видеонаблюдения, установленных таким образом, чтобы видеть холл и металлодетектор. Возле поста охраны, привалившись поясницей к хромированным поручням, стоял Павел Михайлович.

Он приветливо махнул рукой, подзывая:

– Пойдёмте, нас уже ждут.

Проходя мимо охранника, как раз вышедшего из дежурного помещения навстречу, я механически поздоровался. Тот поздоровался в ответ и пристально поглядел на меня. Лишь спустя несколько секунд я понял причину этого взгляда – охранника этого я знал, впрочем, как и он меня. Восемнадцать лет назад он преподавал нам минно-взрывное дело. Память без затруднений выдала мне нужные имя и отчество: Дмитрий Павлович, да именно так, Алтухов Дмитрий Павлович.

Я подавил возникший было порыв подойти и пожать ему руку, поскольку сейчас явно не оставалось времени на общение, да и не следовало раскрывать здесь свои прежние знакомства. Как я уже понял из вчерашнего инструктажа, в инновационной компании «Высокомощные магнито-гистерезисные машины» горизонтальные связи между сотрудниками отнюдь не приветствовались.

Мы прошли до конца коридора, повернули за угол и Павел Михайлович толкнул одну из дверей.

Мы оказались в помещении, похожем спортивную раздевалку – металлические шкафы вдоль стен, две пары длинный скамеек. В некоторых из шкафов торчали ключики, в других – нет.

– Ваша ячейка под номером семь, – проговорил Павел Михайлович. – Внутри комплект одежды. Полностью переодевайтесь, даже трусы и носки смените. Переобуйтесь, там внизу стоят ботинки. Свою нынешнюю одежду оставьте в ячейке, потом переоденетесь обратно. Ключ заберите с собою.

Мой начальник вышел из помещения, но я не сомневался в том, что без пристрастного внимания оставлен не буду. Две видеокамеры в противоположных углах не оставляли в этом никаких сомнений.

Что ж, по крайней мере теперь происходившее входило в нормальное русло. Павел Михайлович явно не хотел, чтобы я пронёс с собою сотовый телефон или диктофон, для этого и затеивалась вся эта бодяга с переодеванием вплоть до носков.