Невыносимый

Калитин на фоне незнакомца смотрелся настоящим пижоном; костюм последнего выглядел мятым, а ослабленный узел галстука небрежно съехал набок. Синие склеротические сосуды, испещрившие баклажанистый нос незнакомца и его щёки, придавали ему вид банального алкоголика. И хотя одет он был очень богато – один только хронометр «omega» в корпусе из красного золота стоил, наверное, половину моей ещё невыкупленной до конца квартиры – всё же чувствовалась в его облике какая-то бомжеватая беспородность. Принца можно одеть в лохмотья и он всё равно останется принцем; здесь же всё было как раз наоборот.

– Заходите, Глеб Евгеньевич, заходите смелее, – поманил меня рукой Калитин и, повернувшись лицом к незнакомцу, представил его. – Познакомьтесь с нашим исполнительным директором: это – Аркадий Соломонович…

– Здравствуйте, Аркадий Соломонович, – поприветствовал я обладателя носа-баклажана.

– Здравствуйте, здравствуйте, – механически отозвался тот с характерным для астматиков свистящим придыханием. – Это вы, стало быть, тот новичок, что перетащили в одиночку два рюкзака весом восемьдесят девять килограммов…

Что ж, стало быть за время с момента нашего возращения, доставленный груз оказался тщательно взвешен.

Оперативно работает руководство компании «Высокомощные магнито-гистерезисные машины»! Я не успел ничего ответить, как исполнительный директор продолжил:

– Нам нужны такие богатыри! Это вы его нашли?

Последний вопрос был адресован Калитину и тот живо отозвался:

– Так точно, Аркадий Соломонович.

Господин Ильин – тот самый инкассатор, который застрелил двоих грабителей.

– А-а, да-да, помню эту историю. Читал в «Коммерсанте», – последовал короткий астматический вздох. – Что ж, с почином, Глеб Евгеньевич… – рука с часами из красного золота нырнула в портфель, лежавший на столе, и извлекла оттуда конверт и пару листов бумаги с каким-то текстом. – Получите, распишитесь. Приходите ещё!

– Это ваш гонорар, – пояснил Павел Михайлович и протянул мне авторучку.

– Позвольте взглянуть? – поинтересовался я.

 – Имею, знаете ли, привычку читать всё, что подписываю.

– Очень правильная привычка, – кивнул Аркадий Соломонович. – Я сам такой же… Мы вас не обманываем, все финансовые «проводки» осуществляются через казначейство, мы ведь казенное предприятие, как-никак…

Одна бумажка оказалась отпечатанным на лазерном принтере расходным кассовым ордером. Получателем оказался поименован я собственной персоной – Глеб Евгеньевич Ильин.