Воин. Правитель. Чужак

Титу повезло лишь увидеть, как гравилёты песочного цвета начали переливаться листьями пальмы. Искусственный синий огонь поторапливал разведчиков, обрисовывал тонкие выемки на дороге и закапывал полутвёрдую, полурыхлую землю ошмётками болотной грязи с ботинок. Изнурительно долгая миссия. «Парням, верно, пришлось не сладко», – рассудил Тит. То, как они держались в седле, выдавало усталость, бесконечную тягу ко сну и к жёстким перинам. И было легко обмануться, что их преследовали. Однако развеять эту догадку, парни, к сожалению, не торопились.

– Странно, не заметил? Едут они каким-то чересчур прямолинейным маршрутом, – Тит глянул в сторону Висма.

Тот от беспокойства потрясывал правой ступнёй. Что-то было не так. Степняки и вправду двигались медленно, ручки не выжимали газ, а рули не подравнивали корпус. Разведчики сползали набок, пока маршрут всё больше отклонялся вправо. Чёрт, в мареве их было не разглядеть! Бинокль дозорного ещё старался поймать какую-никакую картинку, но даже он, в конце концов, мог выделить лишь скупые, хоть и объёмные, силуэты.

Тит прищурился. «Они даже руками не двигают… примагнитили их к рулю и упёрлись в него, как бараны. Хотя постой… стой… так… так, какого…?» – на этой мысли прищур исчез. Тит, наконец-то, заметил, что плечи бойцов неестественно возвышались над их головами. Макушек словно и не было.

Не было… точно… как будто их отрезали. Отрезали со всем тем, что росло чуть ниже макушек. Тит опешил. Оба разведчика были обезглавлены.

Мёртвые туши, запущенные по кривоватой дуге, несли свои тела в расположение лагеря. Поэтому степняки и ехали медленно и двигались с небольшим отклонением. Некому было поддавать газу. Некому было подравнивать руль. Мертвец не может подравнивать руль. Проехав три сотни метров, самый проворный из них приблизился к дозорным стенам. Заданной скорости хватило ровно на то, чтобы остановиться под носом у Тита.

Борясь с изумлением, тот не отнимал взгляд от трупа. Затем он глянул в сторону Висма.

Опытный капитан, напротив, походил на выглаженный лист. Ступня его в какой-то момент успокоилась, вот только в груди отныне колошматило сердце. От злобы. Взгляды капитанов встретились совсем скоро – где-то посередине между рулём правого степняка и выбитой рукояткой левого. Капитанам кое-что передали.

Послание. Сообщение на деревянных дощечках. Сепаратисты высекли буквы кривым почерком и развесили дощечки на шеях двух бедолаг.