Унесенные ветром. Том 1

И что теперь? Выскользнуть так же тихонько или, наоборот, объявиться неожиданно, дать понять, что она все слышала, а Душечке так и надо, пусть выкручивается. Однако другой голос заставил ее помедлить. Она узнала Мелани Гамильтон, и теперь ее не сдвинула бы с места упряжка мулов.

– Ох, Душечка, не надо, – говорила Мелани. – Не будь злюкой. По-моему, она просто очень живая и в приподнятом настроении. Прелестная девушка.

«О-о, – чуть не застонала Скарлетт, впиваясь ногтями в корсет. – Иметь в защитниках эту сладкоречивую дурочку? Ну уж нет».

Вынести такое оказалось труднее, чем откровенно злобные выпады Душечки. Скарлетт вообще не доверяла женщинам, полагая, что ни у одной из них, за исключением ее матери, не бывает иных мотивов, кроме эгоистических. Мелани уверена, что Эшли принадлежит ей, вот и позволяет себе этакое христианское всепрощение. Это у нее такой способ демонстрировать свои завоевания, производя при этом впечатление смиренной крошки. Скарлетт сама постоянно пользовалась этим трюком, обсуждая других девушек в мужском обществе.

Действует безотказно, – эти глупцы убеждены, что она славная и милая скромница.

– Ладно же, милая барышня. – Душечка повысила голос. – Ты, должно быть, слепая.

– Ш-ш-ш! Тихо ты, Душка! Тебя слышно по всему дому.

Повинуясь шипению Салли Манро, Душечка заговорила тише, но все в том же духе:

– Вы же видели, как она обхаживает любого, кто под руку подвернется. Даже мистера Кеннеди, а он поклонник ее родной сестры! Ничего подобного в жизни не встречала! И определенно бегает за Чарлзом.

 – Тут Душечка самодовольно хихикнула: – А вы знаете, мы с Чарлзом…

– Нет, правда? – зашелестело со всех сторон.

– Да, только никому не говорите, девочки, рано пока!

Сдавленный смех, прыжки по кроватям, возня – наверное, девчонки принялись тискать Душечку. Мелани пробормотала, как ей повезло – она счастлива будет иметь такую сестру, как Душечка.

– А мне вот, боюсь, не повезет. Не хотела бы я такого счастья – заполучить в сестры Скарлетт.

Вертихвостка, каких свет не видывал, – раздался огорченный голос Хетти Тарлтон. – А она запросто может обручиться со Стюартом. Правда, Брент говорит, она его ни в грош не ставит, но Брент ведь и сам по ней с ума сходит.

– А вот если бы спросили меня, – произнесла Душечка, чуть не лопаясь от собственной важности и таинственности, – то я бы вам сказала, что есть один человек, по которому она сохнет. И человек этот – Эшли.