База 211. Том первый

То есть получив сигнал, убедившись в том, что, скорее всего, будут наказаны, они всёравно попытали счастья. Влад не раз беседовал с такими людьми. Они даже не могут внятно объяснить, зачем это сделали. Чаще всего это объясняется «наваждением» и тому подобными терминами…

…Вот сегодня стоянка у клиники была полупустой. Влад зарулил на своё место… И с облегчением заглушил мотор, откинувшись на спинку кресла. Всё-таки и он привык, точнее, отвык ездить за рулем лично. Даже как-то устал. Левая нога слегка побаливала.

На стоянку въехалаещё одна машина. Резко затормозила. Из авто выбралась довольно эффектная женщина, в бежевом брючном костюме, блондинка, со злостью хлопнула дверью, явно при этом сказав пару ласковых. И вскинув подбородок, зацокала каблуками в сторону клиники. Н-да, сегодня девушкам на ресепшене достанется от клиентов. Влад коснулся сенсорной кнопки открывая дверь. Под жужжание закрывающихся окон (ну не любил он кондиционер), мужчина, не спеша, выбрался из машины. Разумеется, он не стал бабахать дверью, как давешняя мадам.

А просто поправил галстук и двинулся вслед за дамой. Позади с легким клацаньем закрылась дверь…

… На этаже отделения его встречал Тимур лично. Влад слегка приподнял бровь, потому что это совершенно не требовалось.

– Что-то случилось, Тимур? – поинтересовался мужчина.

– Да всёв порядке, – вздохнул парень. – Ну, разве что Надя опять заперлась. Просто наша система как-то странно работает. А техников сегодня…

– Ну да, – понимающе хмыкнул Владислав

А на самом деле, сохраняя на лице стандартную вежливую маску, он слегка напрягся.

В последний раз Надя запиралась тогда, когда еёпопросили найти серийного маньяка. Девушка не выходила три дня. А потом вышла, уронила на пол возле двери пачку листов и молча ушла к себе. И того упыря потом нашли, Надя его нарисовала точно…

…Влад был всегда сугубым практиком. А веру во что-то считал…Этаким способом рефлексии. Самообмана. Ну, или, помягче: методом самоуспокоения. Никому свою точку зрения не навязывал, но на практике ясно видел, что вера в бога, в чёрта или в Сталина— есть путь ухода от жестокости реальности.

От того, чтобы что-то делать самому, надежда на какие-то сверхсилы, которые всёрешат за тебя. А ещё он видел, и тоже далеко не один раз, как истово верующие люди совершают поступки, противоречащие их же вере просто потому, что так было удобнее. Даже не вынужденно, под каким-то сильным давлением, а из-за того, что хочется, например, естьмясо.