Мелодия Бесконечности. Книга первая: «Первый аккорд». Том первый

А вы станете для них лишь обременительной вдовой, – не останавливался Генрих.

– Мои родственники не желают вам зла, – вполголоса произнесла она.

– Вы сильнее их всех. Ваша мать встанет перед вами на колени. Вы станете королевой, Марго, – веско заявил Наваррский.

– Замолчите, – взволнованно прошептала Маргарита, приложив палец к его губам. – Даже разговоры с глазу на глаз могут быть опасны.

Генрих подошёл настолько близко, что она могла слышать его дыхание, и поцеловал молодой женщине руку:

– Наш брак политический.

Пусть таким и будет. Мы лишь пешки в хитросплетении их интриг, так давайте разрушим их планы. Будьте моим союзником! Заключим пакт, тайный пакт! Не будьте мне врагом…

– Замолчите, – чуть слышно вымолвила Маргарита.

– Я вам не враг. Я – ваш друг! Станьте и вы моим другом, моим союзником. Вы будете моим союзником? – взгляд Наваррского, равно как и его прикосновения, обжигали своей искренностью и проникновенностью.

– Может быть. А теперь уходите. Уходите, – бессильно выдохнула она.

– Ваш брат? Любовник? Или оба вместе? – Генрих указал на дверь кабинета. – Не говорите, я не хочу знать. Если бы вы хотели предать меня, вы бы дали мне договорить. Я не прошу вас быть мне любовницей, но вижу, что вы честны со мной, а в данном положении мне гораздо важнее ваша преданность, чем пылкая страсть, – с чувством проговорил Беарнец.

Маргарита стыдливо покраснела.

– Возможно, когда-нибудь я смогу познать вашу признательность другого рода, а пока мне вполне достаточно вашей дружбы.

Вы – истинная жемчужина Франции.

* * *

– Гугеноты будут мстить за Колиньи. Они готовят резню. Я это знаю, – говорила Екатерина, и непроницаемое неподвижное лицо королевы-матери было похоже на восковую маску: история запомнит её как зловещую убийцу и интриганку, что распростёрла свои адские чёрные крылья над французским королевством, а не как королеву-миротворицу, всеми силами старавшуюся сберечь для своих потомков страну, сгоравшую в пламени религиозных и межклановых войн, ознаменовавших период правления её сыновей.

Недовольства вспыхивали по всей стране всё чаще, принимая масштабы стихийного бедствия и угрожая жизням самих представителей двора, и только решительные меры и выдержка могли сохранить им жизнь и укрепить влияние и авторитет правящей семьи.

– Расследуйте всё. Мне нужен убийца, – требовал король.

– Ты их видел? Глаза их горят ненавистью. Они оскорбляют нас. Сначала они пойдут на Лувр. Они нас всех убьют.