Наши против 2. Королева согласна

– Он говорит, время есть, – спокойно сказала она. – Сливайте, скачивайте, хоть в рулон заворачивайте, пока не очухался.

– А ректор? – с опаской вставила я.

– Никто сюда не попадёт, пока хранитель Визионария не откроет магические запоры, – ответила Гуута. – Но не будем искушать судьбу, поторопимся. И насилие… это так… неэтично.

– Зато дёшево, надёжно и практично, – хмыкнула Грымова.

Гуута и Аэринга зашевелились. Достали из складок одежд тонкие, похожие на пробирки сосуды и вставили их в три выемки в мраморной поверхности стола.

Едва защёлкнулась последняя, картинки с картами принялись струиться ручейками в стороны сосудов. Затем горлышки сосудов булькнули, сверкнули, и стол опять стал чисто белым. Обычный мрамор, ничего лишнего.

– Может, разбить? – поинтересовалась Грымова. – Чтоб чудищу не досталось.

– Ты что! – в два голоса завопили дживы.

Та лишь развела руками. Дживы достали сосуды. Сквозь прозрачные стенки сияли цветные пятнышки, как в калейдоскопе.

– Всё готово, – сообщила Аэринга.

 – Возвращаемся на Остров Свободных.

– Лиорре я сообщу, – добавила Гуута.

И только сейчас я заметила, что у каждой дживы на груди висело по такой же, как у меня жемчужине с дырочкой посередине. Надо же, Киату и сам догадался, что дживе надо особенную! Он точно дживари. Аэринга словно уловила мои мысли о Киату и вздохнула:

– Жаль, что так вышло с новым дживари, Тасия… По легендам, джива и дживари способны породить новую цивилизацию на планете. Увы, не в вашем случае…

У меня защемило в сердце.

А Грымова сказала:

– Да не хнычь, выдрочка, может, оно и к лучшему! А то прикинь: родилась бы целая цивилизация красивых и нелепых выдр и наглых разбойников! Без тёмной магии бы мир развалился…

И тут я её ударила кулачком в предплечье. Больно. Мне… Она каменная, что ли?

Глава 5

Тася

– Возвращаемся на Остров Свободных, – сказала Гуута.

Они с Аэрингой кивнули друг другу, и мы вмиг оказались на площади перед раздавленной кораблём таверной, но не в центре, а поближе к пальмовым кустам.

Народ разбредался, с берега доносились голоса и шум суеты.

– Эх, так бы по Москве перемещаться, особенно в час пик, чтобы в метро печенку не выдавливали, – мечтательно сказала Аня.

– Мда, у нас в восемь утра в Кузьминках могут в кашу размазать, – кивнула Грымова.

В небе над нами, отделённом от всего мира радужным куполом, кружил красный фламинго, радостно заливаясь трелями.