Наши против 2. Королева согласна

Да я б даже мог Чубарру натравить, она бы вмиг эту посудину потопила…

Я глянула на Киату:

– Ты что, пират?!

– А хоть бы и да! – с вызовом ответил Киату.

– С этим надо кончать! Насилие – не наш метод, – гордо ответила я, и тут нам стало не до пререканий.

Галя присела на корточки, погладила ладонью каменные плиты-чешуйки под собой и вдруг засветилась, словно у неё внутри включился маяк. Твердь под нашими ногами заходила ходуном. А потом послышался кошмарный утробный рёв. Минутой спустя дракон напротив тоже загрохотал, как вулкан перед извержением.

Стало жутко.

Бородач на ялике подпрыгнул, его кораблик начал поспешно разворачиваться обратно. Тряска под ногами нарастала. Мы с Киату схватились за шипы ирокеза, а Галя даже не испугалась, присела прям на камни и положила на них вторую ладонь.

Пытаясь удержаться, я не отрывала глаз от подруги. Галя сначала нахмурилась, потом заговорила медленно и басисто – не разберешь что. Дракон под нами в ответ зарычал, Галя пробурчала что-то, надув щёки.

От драконьего рыка воздух завибрировал и накалился. По лицу Киату градом полился пот. Я растерялась. Но вдруг мне показалось, что в ужасных раскатистых звуках, которые издавала живая скала под нами, я слышу жалобные нотки. Дракон напротив вторил и бесновался так, хлопая лапами по воде, что во все стороны полетели дождём брызги. Паруса ялика надулись, и он с ускорением, как катер на ядерном топливе, рванул к суше. Вовремя! Ему вслед пахнуло огненным облаком. Нас окатило жаром и вонью сероводорода. Тряска усилилась. Небо потемнело, оба солнца скрылись в чёрных хлопьях гари. Драконы взбесились?! Боже, что мы наделали!

– Уходим, Галя! – крикнула я, неуверенная, что она меня слышит.

Крохина выставила ладонь – мол, без паники. И на карачках отползла подальше от нас, а затем вообще прилегла. Раскинула широко руки на каменные плиты, словно обнимая шею дракона, и прислонилась к ней щекой. Снова забубнила. Вид у Гали был очень удовлетворённый, и в данных обстоятельствах я подумала, что наша тяжелоатлетка сошла с ума.

– Надо уходить, Камнегора! – попытался перекрикнуть рёв драконов Киату.

У меня аж уши заложило, а Крохиной хоть бы хны. Ну, не бросать же её! Нам ничего не оставалось, кроме как держаться покрепче и надеяться, что не задохнёмся от зловонных паров. Мне даже в обычной бане врачи бывать запрещают, а в такой сероводородной и подавно! Сердце моё застучало, как сумасшедшее, руки начали ослабевать…

И вдруг всё прекратилось.