Наши против 2. Королева согласна

Только что потом происходило, я не помню. Я оказалась в страшной тьме, точнее пустоте. Там ничего не было, только я, как точка. И тихо-тихо. Хотелось побежать к маме, к дедушке, домой. Но ничего не получалось, я просто висела. А потом я услышала голос, ласковый, добрый. Слов было не разобрать, но я знала, там меня любят, и от звука в темноту ворвался свет. Образовалась настоящая труба из света, и подул ветер, как летом, сильный, тёплый. Он меня потянул за собой, и я очнулась. Рядом мама плакала и говорила про чудо.

Потом, много лет спустя, когда меня оформляли аппендицит вырезать, выяснилось, что я пережила клиническую смерть. Потом ещё одна была. После операции кровотечение открылось. У меня с кровью вообще дела не очень… Врачи удивляются: говорят, один пациент редко переживает больше одной клинической смерти. А у меня их было целых три.

– Голос, ветер… – проговорила Рита. – Как интересно! А почему ты чувствовала, что тебя любят? Как это?

Я растерялась.

– Ну как? Объяснить трудно, просто чувствуешь.

Любовь – это как будто тебя в тёплый уютный плед заворачивают, когда холодно, в щёчку целуют, и от того в груди солнышко, и мурчит всё.

Красивое лицо Риты застыло, словно столкнулось с грустью и увязло в ней. Неужели её никто никогда не любил?! Боже, так ведь не бывает! Поддавшись порыву, я подхватилась с кресла и обняла Риту крепко, прижалась щекой к щеке и выпалила:

– Я тебя люблю, Риточка! Сильно-сильно!

С палубы слышались крики моряков, корабль тронулся навстречу Хаврам.

Рита неловко коснулась моей кисти, а я чмокнула её по-дружески в щёку:

– Если таких, как ты, не любить, кого же вообще любить?! – воскликнула я и прижала её ещё сильнее к себе.

– Ну ладно, Тася, не надо. Это как-то чересчур… – пробормотала Рита.

Я ослабила хватку и рассмеялась:

– Это ещё мало! Дедушке я всегда порывалась шею сломать от любви.

Рита хмыкнула смущенно:

– Мне не надо ломать шею, пригодится.

Я отстранилась от неё, а Рита, странно улыбаясь, отвернулась.

В уголке её глаза блеснула слезинка.

– В общем, Риточка, я жить люблю. Я знаю, что там, – я махнула неопределённо рукой, – не так здорово. А тут глянь: солнца аж два, тепло, море, и я пристаю с обнимашками.

– Ага, – Рита кивнула и добавила хрипло: – Тогда пойдём на палубу?

– Пойдём.

* * *

«Диатор» мчался на всех парусах к каменным драконам, охраняющим Морну. Киату заметил его издалека.