Под каблуком у синего ботинка

 – Вы же, кажется, приехали сюда искать Катерину?

– Конечно. Я уж и не надеюсь ее встретить, но хотел бы поговорить с кем-нибудь, кто мог бы рассказать мне про нее.

– А почему же не надеетесь? – кокетливо выспрашивала Люба.

– Ну… – засмущался Акакий. – Катенька наверняка на пляже обитает, я по таким развлечениям не ходок.

Любочка фыркнула и заиграла плечиками.

– Ну почему же обязательно на пляже. Она здесь горничной работает.

Акакия подбросило:

– Горничной? А…

«А моя-то дура битый час на пляже телесами трясет!»

– Конечно.

Да вы сходите к Агафье Эдуардовне, она про своих работниц всю подноготную знает. Сама их подбирала. Она на втором этаже.

Акакий вскочил будто суслик и неожиданно припал к розовой щечке Любочки.

– Спасибо, вы мне так помогли… так помогли…

– Я понимаю, сейчас у вас нет времени, но когда вы будете чуточку посвободнее, вы мне можете позвонить, – промурлыкала обаяшка и вытянула из глубины огромного декольте визитку, сделанную собственной ручкой.

– Я непременно позвоню… Вот… прямо возьму и звякну! – пообещал Акакий Игоревич и спотыкаясь понесся на второй этаж.

Нудистский пляж, странный телефонный разговор, манящая Люба, все это обрушилось за какой-то час на лысую голову Акакия Игоревича, словно поток воды. Такое обилие новостей просто огорошило. Он понимал, что надо остановиться и все обдумать, но какой-то внутренний голос нашептывал, что нельзя терять времени, действовать надо быстро и осторожно.

– Скажите, как мне найти Агафью Эдуардовну? – обратился он к одной из девушек в форменном халатике.

– Вон, видите, та дверь. Только Агафья Эдуардовна не любит, когда ее тревожат, – подарила девица Акакию самую нежную улыбку. – У вас к ней серьезное дело?

– Еще какое! Я не знаю, где найти мужской туалет, – брякнул Акакий первое, что пришло на ум, и пока изумленная девчонка беззвучно открывала рот, он уже влетал в кабинет хозяйки.

Агафья Эдуардовна ввела Акакия в окончательный ступор. Судя по характеру бизнеса и сверхновомодному помещению, это должна была быть молодая женщина, пышущая невостребованным здоровьем и богатой фантазией.

А здесь оказалась сухонькая старушка, убеленная благородной сединой. Хотя старушкой эту даму назвать язык не поворачивался. На тренажере крутила педали дама в лимонной футболке и в коротеньких белоснежных шортах. Немного портили картину такие же белые кроссовки: на тощеньких загорелых ножках мадам они смотрелись точно утюги «Юнит».