Портрет супруги слесаря

 – Я не могу носить ребенков… ребенка… Не могу носить ребенка в такой нервной атмосфере! Поговори с отцом!

– Хорошо, поговорю. Обещаю, – проникновенно приложил руку к груди Владимир и с удовольствием проводил супругу взглядом.

В это время Валентина Адамовна с Мефодием Сидоровичем беспечно прогуливались по аллеям старенького парка. Парк был наполовину вырублен, просвечивал весь насквозь, поэтому страха в такое позднее время не вселял.

– Валюша! Ты посмотри, какой сугробище! – веселился Мефодий Сидорович.

Боника все еще демонстрировала, насколько ей тяжко таскать на себе эти вязаные поделки, поэтому едва двигала лапами. Хозяин же, нимало не смущаясь, схватил ее в охапку и потащил в самую середину здоровенного сугроба. Собачонка взвизгнула, замельтешила лапами и стала испуганно извиваться.

– Валюша! Ты посмотри, сколько у собачки восторга! – по-детски радовался мужчина. – А давай я и тебя так же!

Поднять свою супругу на руки Мефодий Сидорович был не в силах, поэтому попросту толкнул любимую в снежную кучу.

– Моня! Ты обалдел! – пыталась сохранить лицо Валентина, но как это сделать, когда это самое лицо все в снегу? – Моня! Тьфу ты, черт, весь рот в собаке! Боника! А ты тут чего торчишь?! Веселись, давай! Прыгай! Мне самой здесь места мало!

Боника, может быть, и веселилась, но прыгать не могла – у нее провалились лапы, и собачонка только жалобно поскуливала.

– А вот и я! – сверху рухнул Мефодий Адамович. – Уррра!!!

– Моня! – взревела супруга. – Ты ж изверг, Моня! Я понимаю, ты сам-то весишь, как весенний воробей, но ведь у тебя ж в куртке набор гаечных ключей! Уйди, говорю! Слезай! Да что ж такое-то?! Мамочка!

– Валюш, вот когда ты так верещишь, ты как девчонка, я прямо… я прямо стихи сочиняю! – не переставал радоваться муж. – Слушай. В небе звездочки, как лампы! Все горят и прямо в глаз! Лучше нету моей Вали! Ни у вас и ни у нас! Ну как? Тебе понравилось?

– Да я тебе говорю, что ты мне уже перелом сделал! – не прониклась стихами жена.

– Это я тебя ключом ударил, да? – всполошился муж. – Валя, ты посиди там пока, я тебе еще стишок сочинил…

– Да слезь ты, ирод!.. Здрасте, Павлина Марковна… – увидела вдруг Валентина Адамовна свою приятельницу. Та прогуливала толстого кота на веревочке.