Портрет супруги слесаря

Вот и сейчас… Ну хочет она есть одна – кто ж ей мешает?

Она уже хотела позвать свекровь к столу, но позвонили в дверь.

– Я сама открою, не отвлекайся! – крикнула из комнаты Валентина Адамовна, забрякала ключами, и Маша услышала ее недовольный голос: – До свиданья! Куда ты прешься?! Я уже попрощалась! И не ходи сюда больше! А то ведь не побоюсь и сковородкой пройтись! Ногу убери, а то сейчас как крикну соседей! Люди добрые! Да что ж… Вот так бы и давно…

Маша еще не поняла, что случилось, а свекровь уже вошла в кухню, уселась на стул и кивнула на Машину пустую тарелку:

– А сама чего же?

– Я Володю подожду.

– С чего бы это? – ехидно прищурилась свекровь. – Хочешь на мне проверить, вкусно или нет, да?

– Да с чего вы взяли? Просто ему со мной веселее, чего ж он один будет есть?

– Почему один? Он с отцом ужинать будет или ты Мефодия Сидоровича вообще за мыслящую единицу не считаешь?

Маша воздела глаза к потолку, посчитала мысленно до десяти и постаралась вежливо отговориться:

– Вы ужинайте, а я пойду, цветочки полью, а то они… Чего-то вянут и вянут… – И она вышла из кухни.

– Х-х, – фыркнула Валентина Адамовна. – Чего б им не вянуть, правда, Боника? Если ты их по седьмому разу с подоконников скидываешь… Боника! Не грызи мамин палец. Я сказала, фу! Боника, фу! Это не сосиска. Это мой маникюр. Я сказала… А если мама по попе надает? Боника, а если…

В прихожей раздался звонок, маленькая собачонка слетела с колен хозяйки, бросилась к дверям и буквально захлебнулась негодующим лаем.

– Кого там несет? Ведь не успеешь за стол сесть… Сыно-очек! – тут же запела мать, кидаясь снимать с любимого сына куртку. – И прямо к ужину! А я ведь сижу – жду тебя, жду, прям кусок в горло не лезет… Боника, отойди от Вовы, а то он тебе лапку отдавит, тот еще бугай… Вовочка…

– Мам, да отпусти ты куртку, дай я сам разденусь. Маш, повесь, – пытался раздеться и хоть как-то продвинуться в комнату Владимир. – Мама, я сам.

– Ну, мне ж не трудно. Я и сама тебя раздену. Марья, а тебя чего принесло? Иди уже, хорони свои цветочки. И еще там под шкафом один в разбитом горшке, я убрать не успела…

Маша охнула и побежала прощаться с погибшей растительностью, а Валентина Адамовна подалась кормить сына.

Через пять минут за столом собралась почти вся семья. Не было только Мефодия Сидоровича, но его жену это беспокоило не сильно.

– А кто это приготовил? – удивлялся сын.