Портрет супруги слесаря

 – Мам, неужели ты? Так вкусно!

– Бонечка! А что это ты в окошко уставилась? – незаметно перевела разговор в другое русло Валентина Адамовна. – Кого это ты там увидела? Этого дворового кобеля Дюшку? Даже не смотри на него… А мама говорит, не смотри! Ты на кого сейчас так «гав» сделала? Ты мамочку хочешь променять на это чудовище? Ты…

– Мам, – не выдержал Владимир. – Ты б вот так об отце пеклась, как о своей Бонике.

– Вот уж точно, – кивнула невестка. – Времени уже вон сколько, а его еще дома нет. И вы даже волноваться не подумали.

Валентина Адамовна выпучила глаза.

– А чего волноваться-то? Он что, малое дитя, сам до дому не доберется? Глупости какие! Я сколько раз по телевизору видела – если что-то случается, так сразу домой звонят и сообщают о происшествии, а уж тогда и волнуйся, сколько тебе вздумается.

– Хм… – хитренько прищурилась Маша. – А если не происшествие? Если… Ну мало ли – интересный мужчина приглянулся какой-нибудь приятной женщине и… И не смог удержаться? Кто вам об этом сообщит?

– Вовочка, – обернулась Валентина Адамовна к сыну.

 – Ты б свою жену хоть капустой морской кормил, что ли? Может, хоть тогда у ней ума прибавится. Что несет эта девочка? Маша! Кому может приглянуться немощный, наполовину лысый сантехник, а? К тому же… с обременением… со мной. Сама-то чего-то не на Мефодия клюнула, а на Володю вон!

– Так потому что я…

– Потому что он! Потому что он молодой, красивый и работает бригадиром! – перебила ее свекровь. – А вот все твои… Да вон он, наш Казанова.

Явился.

В дверь позвонили, и Боника принялась ошалело тявкать. Очень скоро лай перешел в нетерпеливое повизгивание. Это было верной приметой – пришел Мефодий.

– Моня! Ну и где тебя носит? Мы уже почти весь ужин без тебя осилили! – накинулась на супруга нежная жена, как только тот переступил порог.

Моня чувствовал себя крайне виноватым. По поводу ужина ли или еще по какой причине, щуплый отец семейства прятал глаза, излишне суетился, как-то слишком долго раздевался и старательно вешал свою куртку под одежду сына.

За всеми этими манипуляциями терпеливо наблюдала Валентина Адамовна, скрестив на пышной груди полные руки.

– Руки мыть! – коротко приказала она. – Ужин стынет!

– Да, Валюша, уже бегу, – кивнул супруг, заскочил в ванную и щелкнул замком.

Нимало не смущаясь, Валентина тут же вытащила куртку мужа и запустила руки в его карманы.

– Что-то ты больно пришибленный, дружок, – ворчала она себе под нос.