Твоя Мари. Несвятая троица

 – Хоть раз почувствуй, каково это – подчиняться…

– Можно подумать… да ты такая же Верхняя, как я, просто тебе это не вкатывает.

– Нет, родной, ты ошибаешься… я не Верхняя, никогда даже мыслей в эту сторону не было. Я мазохистка – и все. И только для тебя – все остальное.

Я долго мучаю его легкими прикосновениями, до тех пор, пока тренированное тело моего Верхнего не становится похожим на стальной рельс – так напряглось. Он может прекратить все одним жестом – просто с силой развести руки за спиной в стороны, и либо разогнется карабин, либо лопнут ремешки, его держащие, но Олег этого не делает – ему, похоже, самому понравилось новое ощущение.

Но – хватит… Снимаю наручи – и он мгновенно подминает меня, развернув к себе спиной, но в последний момент вспоминает:

– Ох, черт… на колени!

Засыпаем мы мгновенно – едва коснувшись подушек головами, но я вскоре просыпаюсь – бессонница, сон, всегда короткий, мучительный, сменяется долгими часами бесцельного рассматривания потолков. Осторожно поворачиваюсь на бок, беру руку Олега в свою.

Он ровно дышит, и его лицо сейчас кажется мне самым прекрасным на свете. Я смотрю на него и думаю – ну, вот все, что угодно, только бы он был со мной. Я никогда не скажу этого вслух, но внутри только так и чувствую – главное, чтобы он у меня был.

…устав лежать без движения, спускаюсь вниз за чаем. Дэн курит в кухне, весь какой-то помятый, расхристанный – чисто алкаш с похмелья, хотя они не так много выпили сегодня.

– Не спится?

Молчу.

– Не провоцируй меня, Мари.

Не видишь, что творится?

– А что творится? Изуродовал девку. Все самоутверждаешься? Зачем тебе? Ты и так в порядке. Почему тебе непременно нужно из кожи вон выпрыгивать и партнершу из нее вытряхивать, чтобы доказать кому-то, как ты крут и какой ты офигенный Верх? Никто в этом не сомневается.

– Н-да? – щурится он. – И ты не сомневаешься?

– Тебе мое мнение зачем? Да, и я не сомневаюсь, если уж ты хотел это услышать. Не сомневаюсь – ты хороший садист, всегда таким был, у тебя чутье, что ли.

Но зачем лезешь туда, где от тебя только вред? Ну, вспомни – ты ведь и меня чуть не угробил, Денис. Я больше десяти лет восстановиться не могу, я внутри мертвая совсем.

– Это не из-за меня.

– Ты в этом уверен? Не ты ли… а, да что об этом в сотый раз, все равно ведь не понимаешь.

Наливаю чай в большую кружку, режу лимон. Денис наблюдает так, словно никогда прежде не видел.

– Что – господин чаю изволят? – кривит губы.

– Завидуй молча.