Берова тропа

Ольгу вдруг стало тяжело и душно, по шее потекли капли пота, впитываясь в повязку. Ох, рано он от ведьмы сбежал, как бы не подохнуть теперь прямо здесь, в доме кузнеца.

– Все понял? Да скажи, чтобы лекаря Никитка взял и пока молчал, что я живой. Беги, Марко, поживее.

Парнишка кивнул, нахлобучил на кудрявую голову шапку и выскочил прочь. А Ольг обмяк на лавке. Силы окончательно его оставили. А никак кузнечиха все же его опоила? Иначе почему так хочется спать?

Глава 7. Живой

– Гляди ж, и вправду живой, – раздалось над его головой, и Ольг с трудом разлепил глаза.

 – Этого уродца даже предки не приняли!

– Я ещё здесь недостаточно нагадил, – прохрипел мужчина, садясь на лавке, где намедни все же уснул, а не помер. – Что, Никитка, знатно вы обделались, потеряв княжича?

– Ой не говори, пресветлый, видел бы ты, что в Бергороде творится!

– Портки мои делят? – некстати вспомнил слова Марики Ольг.

– Если бы, папашка. Куда интереснее!

Ольг насторожился. Слово «папашка» его словно плетью хлестнуло.

Дураком он никогда не был, тут же понял:

– И много у меня деток народилось внезапно?

– Трое, ых. Два пацана и девка.

– И что, все мои?

– Да кто ж их знает, вроде и схожи.

Ольг крякнул озадаченно. Женщин у него было немало, но он обычно заботился, чтобы похождения его последствий не имели. Поглядел на стольника своего, которому не имел причин не верить. Тот откровенно посмеивался, внимательно разглядывая княжича. Был Никита ещё младше и дурнее Ольга, во всех пьянках, гулянках и драках рядом держался, а поди ж ты, глаза встревоженные, даже испуганные.

– Ещё что мне знать надобно?

– Боярина Путилова в темницу бросили. Вроде как нашли у него письма, что тебя со свету сжить он хотел и с разбойниками о том договаривался.

Новость была удивительная, Ольг и не знал, что он вот такая кость в горле.

– На него подумали? – спросил хрипло.

– А да. Очень уж странно следы твои затерялись. Кровь есть и немало. Обрывки одежды есть. След, что тело волокли, есть.

А потом – тайна великая. Ни следа, ни крови, ни листик не примят. Вот и решили, что окромя разбойников, никто б так не смог.

– Тем лучше для меня, – подумав, решил Ольг. – На площади уже объявляли?

– Первым делом.

– Одним соперником меньше. Разумеется, теперь его следует отпустить, деньгами извиниться… но бумаги-то останутся.

Никитка странно на княжича посмотрел и пожал плечами. Снова нахмурился. Невольно Ольг коснулся пальцами щеки.