И штиль, и бури…

Скорее, вы вызываете небольшой дискомфорт…

– Извини.

Максим и правда был огорчен. И хотя он пытался это скрыть, Катя заметила затаившуюся в глазах собеседника грусть.

Кате не нравился этот разговор. К чему слова о доверии друг ко другу, об отношении к этим самым словам? Девушке было не по себе от того, что броня, так прочно установленная между ее внутренним миром и миром реальности начинает расшатываться. Следовало положить этому конец.

– Что же заставило вас вернуться?

– Обстоятельства. – Последовал короткий ответ.

– А где же ваши родители?

– Они… Их уже нет в живых… Я был поздним ребенком в семье…

– Извините… – Пробормотала девушка.

– А вы, Катя? Не поверю, что вы в этом городе одна-одинешенька.

– Мои родители переехали в деревню несколько лет назад. Здесь, в городе, я живу одна.

– Но подруги у вас наверняка есть.

– Да, то есть, нет. – Катя махнула рукой. – Была подруга, я даже считала ее лучшей. Но с недавних пор она куда-то пропала: не приходит, не звонит.

При мысли об Ольге у Кати сжалось сердце. Безусловно, она очень скучала по ней, а недопонимание причин их размолвки ранило еще больнее.

– Может быть, вам стоит позвонить ей? Неизвестность – хуже всего.

– Да, вы правы, Максим. Наверное, я все же позвоню, но позже.

Музыка, играющая в кафе для фона, сменилась с энергичной на красивую медленную композицию.

– Чудесная музыка. – Невольно заметила девушка.

Максим кивнул, прислушиваясь.

– Потанцуем? – Неожиданно предложил он.

– Н-не знаю, – смутилась Катя. – Это же кафе. Разве здесь можно танцевать?

– Что за глупости? – Улыбнулся мужчина. – Идем, милая.

Он протянул руку и девушке ничего не оставалось, как ответить на приглашение согласием.

Оказавшись в объятиях Максима, Катя вновь почувствовала себя слабой и безвольной. Она невольно напряглась, словно пытаясь создать твердую оболочку, сквозь которую не мог бы прорваться ни один мужчина на свете.

– Катя, если что-то не так… мы можем вернуться за столик.

Девушка хотела было согласиться, но, заметив, что за ними наблюдает одна из официанток, передумала. Не хватало еще стать объектом злословий и пересудов работников кафе.

– Ну что вы, Максим. Все хорошо. Могу я попросить вас кое о чем?

– Все, что угодно.

– Не зарекайтесь, прошу вас. Вы же не знаете, в чем будет заключаться моя просьба.