Снежные дороги судьбы

– Мой… любовник? – пробормотала она всё еще ничего не понимая. Да как вы смеете?!

– Да не отпирайтесь – не стоит оно того, мадемуазель Маrie! – осклабился Корф. Этот сопливый мальчишка Подымов исчез неизвестно куда. Соблазнил вас и бросил. Вот такая-с оперетта! Марья Михайловна, – с улыбкой продолжил Виктор Петрович. Заметьте, я не устраиваю безумных сцен и не гоняюсь за вами с кинжалом как в любимых вами идиотских пиесках и водевилях. Нет, разумеется я огорчен тем, что ваша… – ехидная улыбка тронула его губы – самая большая драгоценность досталась другому.

Но если посмотреть на это дело философски, то можно найти и светлую сторону. Во первых – теперь кроме меня у вас нет вариантов – ибо невинность в наших купеческих семьях слишком ценится. Во вторых… Во вторых, – он нахально подмигнул Маше, – вы получите возможность понять и оценить разницу… – он сделал многозначительную паузу, – разницу между настоящим мужчиной, умеющим обращаться с женщинами и никчемным юнцом, весь опыт которого – это дешевые кокотки и потасканные горничные. Ну а в третьих… В третьих, – он понизил голос и в глазах зажегся похотливый огонек. Я скажу что хочу вас… тебя – поправился он – еще больше чем раньше!

Когда он ушел Мария залилась слезами.

Но как же она ненавидит Корфа! Сейчас – намного больше чем пять минут назад. Начни он браниться или угрожать – она бы поняла страдания ревнивого влюбленного. Но вот так… Чужой жеребчик покрыл его кобылу – ну так не убудет от кобылы! Зато смирнее станет!

Девушка почувствовала, как в животе проворачивается тошнотворный комок и её жестоко и неудержимо вырвало прямо на голландские простыни.

* * *

Глаша принесла ужин. Девушка с отвращением сперва оттолкнула от себя поднос, но голод взял свое, и она съела половину порции жареной трески с тушеной капустой.

Её по прежнему мутило… Она с силой надавила на виски, голова раскалывалась. Тем не менее она выбралась из под одеяла и встала с постели. Голова закружилась, но Мария, выждав, пока приступ пройдет, зачем то сняла рубашку и подошла к большому зеркалу.

Мария внимательно осмотрела свое обнаженное тело и не без удовольствия отметила, что, несмотря на болезнь, оно по-прежнему красиво. Небольшая изящная грудь с остро торчащими сосками, тонкая талия, расширяющаяся к животу благородной лепки линия бедер. Глаза ее задержались на животе, плоском и гладком. Скользнули ниже…

Она испуганно вскрикнула.