Маска времени

Катарине нравился тот «крутой» вид, который придавала ей кожаная куртка. А ноги выглядели совсем как ноги взрослой, соблазнительной женщины в этих туфлях и черных чулках.

Последнее время Катарина ходила с высоко поднятой головой, осознав вдруг, что она уже не ребенок. И не только ноги убеждали ее в этом, но и округлившиеся грудь и бедра. Теперь Катарине можно было дать лет восемнадцать.

Все это только опечалило Тео:

– Как твой английский?

Катарина в ответ пожала плечами.

Дяди протянул руку и слегка коснулся шрама на губе:

– Ты очень умная, Катарина.

И свой ум ты унаследовала от отца.

– Я ненавижу его, – зло произнесла девушка.

– Но ты ни разу его не видела, как же ты можешь ненавидеть или любить его. Бабушка оставила после смерти ферму. Если бы она хоть что-нибудь стоила, я не задумываясь продал бы ее для твоего образования. Но вся земля давно заложена, чтобы покрыть расходы на мое лечение, да и старые дома вряд ли чего-нибудь стоят сейчас. Когда я умру, они перейдут к тебе по наследству.

Во всяком случае – крыша над головой, хотя и дырявая. Что бы ты ни думала об отце, он по-прежнему остается человеком богатым и влиятельным. Твое богатство – это твоя голова, твой ум, который горит как пламя, но пламя может разгореться больше, а может загаснуть и умереть. Только отец может помочь тебе развить твои способности дальше. Так не теряй этого шанса, дитя. Не теряй его.

– Никуда я не поеду. У меня есть выбор, дядя.

Тео закашлялся так сильно, словно у него внутри ломались сухие ветки.

Катарина увидела, как посинели его губы.

Она кинулась за водой. Дядя пил, стараясь сделать глоток между спазмами, и приступ постепенно стих.

– Упадок, нищета и тяжелый труд – вот все, что ждет тебя в будущем.

Катарина показала Тео свои руки в мозолях, с изуродованными и сломанными ногтями.

– Работы я не боюсь.

Дядя взял ее ладони в свои руки, и его прикосновение было легким и ласковым. За всю свою жизнь Катарина не помнила, чтобы Тео хоть раз повысил на нее голос или был груб с ней:

– Это не то место в жизни, которое надлежит занимать тебе по праву рождения.

– Ты знаешь, что бабушка копила жалкие подачки отца для меня? После ее смерти я нашла деньги. Тысяча пятьсот английских фунтов стерлингов. Вот мое право, дядюшка.

Тео медленно раскрыл глаза:

– Я умираю, Катарина.

– Нет! – вскричала девочка так громко, что все вокруг с любопытством посмотрели на них.

– Да, – мягко, но уверенно возразил дядя. – Моя жизнь кончена.