Время последних

Теперь регистратор Базы отключил круглосуточную запись наблюдения за его комнатой, потому что он, Туров, якобы поменялся комнатой с пропавшим Свёдеборгом. Саму запись Туров подменил, скачав предварительно несколько видеофайлов своих собственных прежних записей.

Отныне путь наружу был свободен от наблюдающего ока регистратора. Если б кто-то на Базе заинтересовался вдруг местонахождением Турова, его любопытство было бы удовлетворено закольцованной записью нескольких суток из жизни Турова на базе. Причем сигнал шел бы из комнаты 9, прежней комнаты Торстена, в которую по какому-то капризу новичку Турову приспичило перебраться.

А почему нет?

Наблюдение за комнатой 7, в которой на самом деле жил Туров, теперь снималось, потому что Торстена Свёдеборга на станции не было уже давно, и по всем документам он числился пропавшим без вести.

Ну, и выйти из подземной лаборатории – ночью, не привлекая ничьего внимания, предстояло теперь, конечно, именно Торстену Свёдеборгу, а никакому не Турову. К чему дразнить гусей?

Предоставим свободу действий духам и призракам, мрачно усмехался про себя Туров.

А внутри, между тем, шевельнулся недобрый червячок: уж не здесь ли кроется секрет исчезновения Торстена Свёдеборга? Уж не по пути ли прежнего техника-программиста шагает глупый Туров – суется, как кур в ощип?

Но эти мысли не вызывали особых эмоций.

Решение принято.

Туров закончил работу, выключил всю лишнюю технику, встал и, кивнув на прощание хмурому в тот день Унбегауну, вышел в коридор. По крайней мере, с кошмарами будет покончено – в любом случае.

13.

На сборы не понадобилось много времени.

В 9.12 по земным часам, принятым по традиции на Базе, он уже стоял, одетый в термический костюм, возле тамбура внешнего люка. Все, что, по его мнению, могло бы ему пригодиться в пути, и самое главное – плоский контейнер с запасом кислорода – Туров приготовил загодя, сложив в небольшой вещмешок.

Скафандр одевать не стал – слишком тяжелый, быстро передвигаться не позволит, а защиту от радиации зари, чисто теоретически, он обеспечивал только на 65 %.

(Практически же, на себе, никто этого до сих пор не проверял).

Туров, просчитывая риски, намеревался вернуться. Именно поэтому не брал скафандр – делал ставку на скорость.

На левом рукаве термического костюма он прикрепил хронометр, выставив время на таймере. До взрыва неба оставалось 5 часов 28 минут.

Два часа, чтобы добраться до Леса Тысячи Крыльев, час там и еще два, чтобы вернуться.