Беглянка в империи демонов. Любовь демона

Предложить мне постель после того, как сам вокруг тебя бегал. Хотя… наверное, как раз думает. Непонятно только, что именно у него в голове.

– Политика?

– Может быть. Я не так много знаю о людях и плохо представляю тот мир, в котором ты росла. Но кое-что все же читала. Книги. Романы. Исторические хроники. Думаю, нужно пояснить. Предложение постели в данном случае может значить что-то важное, а может не значить ничего. Вряд ли Ирэша переклинило на мне, да еще настолько, чтобы наплевать на политику. Значит, вероятно, дело все-таки в ней.

Но трудно сказать, что он задумал. Сделать наши земли неотъемлемой частью, лишить суверенитета или, наоборот, хочет предложить сделку, дать шанс.

– Сделку через постель?

– Мы ведь демоны, – Эльдина невесело усмехнулась. Я поняла по голосу. – Возможно. Однако пока неизвестно.

– И ты должна рассказать об этом отцу?

– Должна. Лайла, посмотри на меня.

Я неохотно повернулась к ней. Эльдина упрямо смотрела на меня, голубые глаза почти такого же цвета, как у меня, поблескивали в полутьме.

– Ты моя сестра. И я не собиралась делать тебе больно. Поэтому сначала говорю с тобой, а не с отцом. Так ответь…

Ответить, не против ли я, чтобы она спала с Ирэшем?

– А тебе самой не противно? Ты сама готова жить так, как живут демоны? Или все же испытываешь что-то человеческое?

– И да, и нет. Человеческое во мне есть. Скажем, если я вдруг полюблю очень сильно, я не буду смотреть больше ни на кого. Это не похоже на демона, даже на ледяного. Но сейчас я никого не люблю.

И я ард Ригилон. А благополучие ледяных земель в опасности.

Я судорожно вздохнула. Эльдина ард Ригилон. И я тоже ард Ригилон. Когда-то мне хотелось, чтобы меня любили. Когда-то хотелось быть частью настоящей семьи, нужной, неотделимой. А теперь меня приняли здесь. У меня есть отец, брат и сестра. Для них все это очень важно. Удержать власть, сохранить суверенитет ледяных земель и благополучие, которое есть у их подданных сейчас.

Наверное, они все очень друг к другу привязаны.

Наверное, Азалар не стал бы указывать своей дочери, с кем ей спать, если бы предложение не сделал сам император. После того как во всеуслышание объявил: «Были союзниками». Были! А кем станем теперь – неизвестно. Все слишком серьезно, чтобы проигнорировать это предложение, чтобы просто забыть.

А что чувствую я? На что готова ради обретенной семьи? И главное, что чувствует Ирэш? Зачем он это сделал? Зачем?!

Быть может, все это значит, что он освободился. От меня.