Осталось четверо…

Когда я вышла с девочкой на пляж, Марк вовсю сооружал огромный костер, накидывая бревнышки покрупнее. Жанна же с видом полного непонимания, как это ее заставили что-то делать, периодически поднимала голову вверх и долго смотрела в небо. Наверное, она надеялась, что скоро услышит звук спасательного вертолета, или что там должны отправлять для спасения? Я открыла вторую банку, уже мясного пюре. М-м-м, я бы сейчас не отказалась от куска хорошо прожаренного мяса. Эмма оказалась настолько голодной и самостоятельной, что вмиг съела всю банку, облизав при этом и ложку.

Довольно улыбаясь, она протянула ее мне.

– Ну что, Эмма, наелась? Хочешь теперь нам помочь?

Она внимательно прислушалась. Я мало общалась с маленькими детьми, но впервые видела настолько сообразительного ребенка, несмотря на то, что она ни слова не говорила.

– Мы хотим сделать большой костер, – я показала на него рукой. – Но нам надо собрать больше веток из леса. Пойдем?

Она посмотрела сначала на костер, потом на лес, явно размышляя, хочет ли она это делать или нет, потом резво вскочила и решительно пошла в сторону леса.

Я настолько опешила от решительности этой маленькой девчушки, что не сразу пошла за ней. Только увидев, что она по дороге нагнулась за здоровенной веткой, раза в два больше нее, я поднялась и поспешила к ней.

– Ты что? Это слишком большая для тебя. Давай я понесу эту, а ты… – я смогла найти ветку поменьше и вручила ее ей. – Ты понесешь эту Марку.

И она с очень важным видом понесла палку.

В тот момент у меня в голове крутилась одна мысль: «Спасибо, что сохранил ей жизнь».

У нас ушел практически целый день, чтобы натаскать достаточное количество веток в костер и для букв на песке. Оставалось только их выложить. И Марк прекрасно справился с этой задачей.

Вот так сооружая костер и буквы на песке, мы не заметили, как наступил вечер. Пока мы весь день были заняты, у нас не было времени впадать в уныние. Но теперь, невдалеке от жаркого пламени костра, мне стало по-настоящему страшно.

Пугающая мысль, что за нами могут не прилететь, горела в моей голове, как неоновая рекламная вывеска. Я напрасно пыталась отгородить себя от нее, проверяя через каждые пятнадцать минут телефон в надежде, что каким-то чудом он сможет поймать сеть, или прислушиваясь ко всему вокруг и лелея мысль о том, что скоро появится вертолет. Эмма была рядом со мной, смотрела на костер так, будто видела его магическое действие.